Топляка вместе с Самойловым посадили в заднюю машину. Глеб хотел о чём-то поговорить со старым знакомцем, а я не стал ломать ему кайф — всё же он гонялся за ним куда дольше меня. Тедань с Яньлинь тоже решили ехать не в лимузине, а во впереди идущем внедорожнике, так что остальные вольготно расположились на диванах представительского авто. Алмаз сразу же заснул, Василий занял место рядом с водителем и о чём-то тихо с ним трепался, а Ирина Олеговна решила затеять со мной разговор о будущем.
— Ты хорошо подумал, Игорь?
Я даже переспрашивать не стал — понимал о чём она говорит. О Линь, о моём решении. И возмущаться не стал тоже, мол, не лезьте не в свое дело, «мама». Тон Снежной королевы вовсе не был враждебным.
— Вполне, Ирина Олеговна. Она мой столп опоры. Эта женщина будет рядом со мной. Это не обсуждается.
Лицо сестры князя удивленно вытянулось.
— Вот как? Ты так быстро нашёл свой якорь? Тогда я снимаю свой вопрос. Приятно сознавать, что думал ты не только мужскими причиндалами.
А мне-то как приятно, Ирина Олеговна, что вы в позу королевы-матери вставать не стали!
— Но, разумеется, ты понимаешь, что женой ей не быть? Наложница — пусть, но интересы рода требуют брака с равной.
Всё-таки, властная она женщина! Не может не оставить за собой последнее слово. Мне же этот разговор был не то чтобы неприятен… Правильнее сказать, он был мне не нужен. Для себя я всё решил, дальнейшие планы согласую с князем… Но не обижать же почтенную пожилую даму?
— Я понимаю, — ровно ответил я. — Давайте оставим эту тему.
А то начнётся сейчас про долг крови, долг дара и ещё какой-нибудь неизвестный, но не менее важный долг аристократа, про который я ещё не знал.
— Хорошо, — подозрительно быстро согласилась «мама». — Как твои успехи с погружением?
С её вопросом я вспомнил про последнее своё видение. Про лицо синьора Тень и озвученные им цифры. Согласен, моя вина, что не вспомнил об этом раньше, но события как-то не располагали. Зато сейчас я очень отчётливо понял, что значили слова «восемьдесят девять» в изложении любителя подсчитывать вероятности.
Восемьдесят девять процентов успеха. И тенденция к росту. Что за предприятие оценивал видящий, я не знал, конечно, но почему-то не сомневался, что связано оно с моей скромной персоной. Вот к бабке не ходи!
И в следующий миг мои внутренности скрутило резким спазмом. Я согнулся вдвое и на остатках дыхания выматерился. Да твою же дивизию! Можно покопаться в настройках дара и какие-то другие ощущения поставить на сигнализацию о грозящей опасности?
«Всем внимание! Опасность!» — задыхаясь «крикнул» я по внутренней связи. И повторил предупреждение уже вслух. Увидев, как во впереди идущий джип охраны летит здоровенный пульсар.
Время превратилось в застывшую карамель. Формируя вокруг головной машиной эфирную сферу, я отстраненно вспомнил, как пренебрежительно отзывался об огненном аспекте мой первый знакомый смертец. Да, ихор, как его ещё называли, штука мощная, но порождённые им аспекты были такими медленными, что обладающий даже моим малым опытом маг мог успеть либо уклониться, либо поставить защиту. Применять тот же пульсар имело смысл, когда…
Впереди идущая машина получила в облитый голубым бок шар гудящего пламени и совершила очень красивый кувырок через крышу. Надеюсь, Линь с Теданем не игнорировали ремни безопасности, и их разве что немного потрясло. Впрочем, я почти не беспокоился о них, брат с сестрой — сработанная пара, среагируют как надо. Куда больше меня волновал второй пульсар, пущенный невидимым стрелком в заднюю машину. Там Самойлов с Топляком, первый не бог весть какой маг, а второй и вовсе ординар.
Всё-таки тренировки — великое дело! То, что раньше я делал умом, теперь создавалось даром без участия мыслей. Никаких обдумываний, просто на пути пульсара появляются две прозрачные ладони и сминают его, как какой-нибудь снежок. Нет кислорода — нет и огня! Точно такой же фокус я провернул в «Белом лотосе», сейчас он вышел даже лучше. Пульсар замер в десятке шагов от машины Глеба и стал гаснуть. К сожалению, на этом всё хорошее и закончилось.
Водитель лимузина, избегая столкновения с передним джипом, перекатившимся через крышу и вновь оказавшимся на колёсах, круто забрал вправо и резко ударил по тормозам. А лимузин, напомню, авто мало приспособленное к подобным маневрам. Так что нас занесло, да ещё и людей в салоне бросило друг на друга. Но хуже всего было то, что я потерял концентрацию и, соответственно, не поставил щит на нашу машину.
В этот момент началась пальба. Не отдельные выстрелы, а самый настоящий огневой вал — так вроде это у военных называется. Непрерывная стрельба, цель которой не попасть и нанести повреждения противнику, а подавить и деморализовать его. Хорошо, что посольская машина имела, как и положено, кое-какое бронирование. По крайней мере, дырок в корпусе я не увидел, хотя тарабанил свинец по машине знатно.
— Из машины не выходить! — приказал своим спутникам, а сам открыл дверь с левой, противоположной от обстрела стороны, и, выглянув из-за капота, огляделся.
