– Послушав вас, я понял, что хочу пойти с вами по этому пути, пусть я пока и слаб. Умоляю, примите меня к себе.
Это было только начало. Величественная речь Ёуна тронула сердца минимум восьмерых ребят. Они склонились, желая стать его слугами. В словах Седьмого появилась твердость, которая привлекала привыкших к бесконечной борьбе учеников.
«Это Мун Гю?» Чжа Умин удивился, узнав одного из оставшихся парней. Он единственный не стоял на коленях. Четыреста восьмой ученик, выходец из клана Руки Демонического Дракона, Мун Гю руководил группой, в которой Умин сдавал второй экзамен. Сначала он не разглядел бывшего командира из-за спин других ребят. «Почему он здесь?»
Этот парень с опущенными вниз уголками глаз и лицом деревенского дурачка имел ранг командира отряда и был одним из десяти сильнейших учеников. Умин не понимал, почему Мун Гю без жетона. Было странно, что он пришел сюда. Такому опытному бойцу не составило бы особого труда выучить Семь Мечей и заполучить собственный значок.
Мун Гю подошел к Ёуну и спросил:
– Принц Чхон, могу я поговорить с вами?
Ёун заприметил его на втором испытании и узнал парня. От взгляда принца не укрылось, что Мун Гю прихрамывал, когда подходил к нему.
– У вас шесть жетонов, верно?
Не понимая, к чему он клонит, Седьмой кивнул. Парень поднял на принца круглые глаза и с раздражением и обидой сказал:
– Один из них – мой.
Ёун нахмурился, услышав странное заявление. Мун Гю не обратил внимания на реакцию собеседника и продолжил:
– Мой жетон забрал Чхон Ючхан.
Четыреста Восьмой стал долго и подробно жаловаться на то, как с ним поступили. Спустя три дня после объявления правил экзамена он отнял жетон у преподавателя, а затем пришел пятый наследник и предложил вступить в его команду.
«Простите, но я не встану ни на чью сторону», – решительно отказался тогда Мун Гю. Ючхан подходил к нему еще два раза, но получал отказ. С виду он был простачком, но по характеру Четыреста Восьмой был упрям и не хотел никого поддерживать в борьбе за престол. Его интересовала лишь учеба.
– Затем он вызывал меня на дуэль.
Мун Гю всегда отказывался, но Ючхан не отступал. В конце концов драка состоялась, и принц победил. Он сломал парню левую ногу и правую руку, чтобы заставить вступить в свою команду.
– Псих, – гневно сплюнул Пэк Ги, слушая рассказ Четыреста Восьмого. Ючхан не просто хотел получить сильных бойцов, он буквально становился одержимым ими. Как бы ни хотел Мун Гю оставаться независимым, но из-за угроз и сломанных конечностей им руководил гнев.
– Я хотел присоединиться к любой команде, чтобы отомстить ему, но… – Четыреста Восьмой еле сдерживал слезы, – никто не хочет меня брать со сломанными рукой и ногой!
Он рассчитывал, что высокий ранг поможет попасть в команду, но все командиры его отвергли. Причина проста: калека станет обузой в испытании. Сейчас нужно усиленно отрабатывать Семь Мечей, а Мун Гю с переломами этого делать не может. Все говорили одно и то же: «Ты очень силен, просто нужно подождать».
– Один сначала согласился, а через какое-то время все-таки отказал. Потом я узнал, что это Ючхан запретил брать меня в команду.
Впервые в жизни Мун Гю почувствовал ненависть к человеку. Пятый настолько хотел заполучить парня к себе, что решился на низкие уловки. Ученики, узнав историю Четыреста Восьмого, неодобрительно качали головами.
– К черту этот третий экзамен. Я хотел отомстить, как только оклемаюсь, но… Говорят, что вы отрубили ему руку.
Грезящий отмщением Мун Гю узнал о случившемся почти сразу. От новостей о том, что пострадал не только Ючхан, но и вся его команда осталась с переломами рук и ног, Четыреста Восьмой испытал смешанные чувства.
– Не понимаю, должен ли я грустить или радоваться.
Мун Гю был рад, что пятый наследник испытал жуткую боль, но расстроился из-за того, что лично не смог отомстить. Возможно, дело было в том, что он перестал думать о предстоящем экзамене, увлекшись идеей мести.
«Многие пострадали от Ючхана», – подумал Ёун и решил, что отрубить руку брату было правильным поступком.
– Таким образом, я хочу, чтобы вы взяли за меня ответственность, – внезапно закончил речь Мун Гю, тяжело вздохнув.
– Что?
Ёун поднял правую бровь. Он понимал, как туго пришлось парню, но о какой ответственности может идти речь?
Мун Гю с трудом справился с больной ногой и встал на колено.
– Простите меня. Мне очень грустно, поэтому я так сбивчиво обо всем рассказал. Не судите меня по переломанным ноге и руке. Прошу, примите меня.
Его цель – отомстить Ючхану – перестала быть актуальной. Мун Гю хватался за Ёуна как за последнюю соломинку. Если Седьмой не возьмет его к себе, то он вылетит из Академии.
Возбужденный Чжа Умин отправил принцу телепатическое сообщение:
– Господин! Его надо брать!
Седьмому стало любопытно, и Умин продолжил:
– Мун Гю – внук девятого старейшины Школы Демона Мун Ёна!
