Форма у неё была стандартная школьная, хотя ожидал, почему-то, что придёт в Абибасе. Волосы у неё не совсем чёрные — скорее тёмно-каштановые. Чёлка, аккуратно подстриженная и уложенная, придавала образу какую-то особую миловидность.
Она заметно подросла. Ранее круглое и щекастое личико начало вытягиваться, а черты становились тоньше и изящнее, но при этом сохраняя ту корейскую милоту. Большие, словно у куколки, глаза смотрели с явным любопытством, а пухлые губки улыбались, образовывая характерные ямочки на щеках.
Да, точно. Куколка. Лицом она явно пошла в маму, которая, напомню — корейская супермодель и первая красавица. Они обе — куколки.
Погоди… мне кажется или…
Да она же чертовски милашная! Она какая-то… ну… блин… как бы… ам…
Агрх, не знаю! Она похожа на игрушку, её хочется сжать со всей силы, чтобы башка эта милая лопнула и кишками всё забрызгало, гра-а-а-а! Ну тут иначе как «няшка» не описать!
И это что, конкуренция Кате?.. Типаж у них совершенно разный, но что там сотый уровень, что там — просто класс персонажа разный.
«Похоже, вот и конец твоему правлению», — невольно подумал я, глядя на застывшую одноклассницу, — «Хорошо, что Теодора сегодня нет. Чувствую, денёк выдастся жарким».
Так, ладно. Мне почему-то захотелось подобраться и выглядеть максимально респектабельно. Не падать в грязь лицом, Миша! Ты крут! Пусть сразу поймёт, что ты крут! Ты тут красавчик! Хотя чего это я? Мне же должно быть пофиг! Хотя ладно, инстинкты говорят делать, буду делать.
Ну, Суви, привет. Надеюсь, ты адекватная и умная девочка?
— Здравствуйте, братья славяне. Слава роду, — она похлопала двумя «V»-пальчиками.
…
Боже, убейте.
— Меня зовут Квон Суви. Почти как Любава, только Квон Суви, — она повернулась к доске и начала писать имя, — Так пишется.
…
«Да ну нафреееен», — я запищал и схватился за лицо, стекаясь под парту.
— Приехала учиться, ведать. Вернулась на исконную родину — я славянка. Кто оспорит — буду драться, я умею.
Да ну хватит ты⁈ Суви, остановись!
Но что удивительно — она прекрасно знает язык! Что писать русские буквы, что говорить. Акцент, конечно, слышится. Но вкупе со знанием языка, он только прибавляет баллов к её прикольности!
— Ам… — учительница не понимала как на это реагировать, — Ладно. Спасибо. Можешь приса…
Но конечно же гладко это пройти не могло.
— Ч-что она здесь забыла⁈ Какого фига⁈ — Катя подскочила, — Ты как сюда поступила⁈
— Деньги, — пожала плечами Суви.
— Ха-а? Слышали? Все слышали⁈ — Катя смотрела на одноклассников в поиске поддержки, — Госпожа учитель, у нас что, здесь п-проходной двор? И все это так допустят? — её голос заметно дрожал от волнения.
Суви задрала бровь, внимательно глянула на Катю, и… пожав плечами, просто молча пошла за парту, не обращая на блондинку внимания.
Единственное свободное место было на стороне «А»-шек, — класс разделялся на две половины, — и Суви села к ним. Она что, не со мной в классе⁈ Ох, ну ещё лучше! Она же с Катей и Теодором!
— Синицина, сядьте, пожалуйста.
Катя сжала кулаки и молча села. Она была за первой партой, так что лица я её не видел. Но чувства понимаю — когда Теодор здесь появился, я тоже злился. Я ведь тоже хочу быть самым классным! А тут прямая конкуренция званию «спортсменка, красавица, лиственница». Они и в Москве ругались.
Двух альф быть не может. Что самцов, что самок. Таков мир.
Начался урок. В целом, прошёл он вполне нормально, за исключением, что я, как всегда, ничего не делал. Куда там⁈ Суви приехала! Она и раньше была странной, а сейчас ещё страннее. Но милая, чёрт возьми! Она, и реакция Кати на неё не давали мне покоя, так что об учёбе можно забыть. Ох, ну как всё не вовремя! Как здесь покорять ад и нести справедливость, если… девочки!
Но вот урок благополучно закончился. Звонок. Я уже заранее сжимаю губы, готовясь к неизбежному, и…
Ну да, конечно.
Суви как ни в чём ни бывало встаёт, закидывает рюкзачок на плечо и идёт ко мне. Естественно. Все смотрят. Естественно. Ещё бы! Кореянка в классе! Да не просто гость, а теперь ученица! Да не просто Кореянка, а практически главная мини-кореяночка из всей Кореянии! Я бы тоже смотрел!
Ну, я и смотрю. Снизу, потому что сижу. А она сверху. Девочка молчит, молчит, а затем сует руку в карман и достаёт бумажный свёрток. Кладёт на стол.
— Вот, — указывает девочка, будто я должен всё понять и впечатлиться.
— Ч-что это?.., — теряюсь я.
— Картошка, — констатирует она.
Я внимательно и аккуратно заглядываю внутрь пакетика и… реально, картошка. Пирожное, которое.
— Моя любимая, — едва не прошептала она.
— Ам… ну… спасибо, — киваю я, — Теперь и моя.
