— Помогать другим вопреки Судьбе, — устало киваю, открывая глаза, — Просто вижу момент и решаю не отказываться. Момент был. И… наверное, всё получилось. Я доволен. А ещё на твоих ножках полежал — тоже неплохо.
Алыми глазами Зайка склонилась надо мной, неотрывно смотря в глаза уже мои. Я комфортно лежал на её бёдрах, а она сидела на снегу, играясь и поглаживая мои волосы.
Она улыбается и аккуратно снимает мою звериную маску.
— Можно просьбу? — спросила она, — Прикрой глаза и не подглядывай.
Я хмурюсь и решаю послушать просьбу, тут же ощущая, как сверху глаза прикрыли ещё и ладошкой. Слышу шорох, смешанный с треском кожи. Зайка шевелится. И когда моего лица коснулись её шёлковые волосы, я ощущаю…
Её поцелуй.
Как мягкие, влажные губы коснулись моих.
Это продолжилось секунды три — достаточно, чтобы я смог полностью осознать и прочувствовать, понять и поверить, что мы целуемся, и совсем не как дети.
С едва заметным чмокающим звуком девочка разрывает поцелуй.
— Я подсмотрела, Миш. Твой небесный друг оставил брешь. Я знаю, что ты сделал, — она склонилась к моему уху и перешла на полный шёпот, — За это я тебя и люблю. Прошу, не меняйся.
Я распахиваю честно закрытые до этого глаза, пытаюсь подсмотреть сквозь щели в девичьих пальцах, но слышу грохот под нами и резко падаю!
Переворачиваюсь на живот, приподнимаясь на локте и осматриваюсь!
Зайки уже не было. Только резко затянувшаяся нора в земле.
Сердце колотилось, в голове стоял полный хаос. Я вновь оглядываюсь, зачем-то пытаясь её вдруг найти, а затем медленно касаюсь губ холодными пальцами.
Я ощущал, будто на них всё ещё была влага. Чужая влага.
«Рой… если мы поцелуем другую девочку, мы сможем понять, была ли это Зайка?»
«Колония в пищеварительной позволит провести анализ, да. Слюна способна это показать».
И я облизываю губы.
«Данные получены».
Что-ж…
Всё это того стоило. Хорошая награда.
Вау.
Просто вау.
— Профессор, это просто невероятно! Тело реципиента аномально адаптивно! — за начальником всего отдела шагал один из старших сотрудников, — Мы уже смогли запустить Механическое Сердце и вернуть к жизни нервные окончания. Каждая уцелевшая мышца реагирует на подачу сигнала. Это в разы облегчит создание искусственных волокон!
Вслед за ними шагала и личная телохранительница Мейсона Хоппера — марионетка, Танцовщица Полуденной Стужи.
Все трое подошли к стеклу и посмотрели на огромное висящее чудище. Оно было разворочено: тело вскрыто, показывая багровые мышцы и те немногочисленные остатки внутренностей, которые смогли найти, а вместо крови прогонялся магический раствор.
И сейчас он выглядел уже иначе, чем в прошлый раз.
Появлялись механические органы на замену старым — конечно, не все органы нужны будущей боевой машине, но для функционирования биомеханического мертвеца нужна всё же и «био» часть, а не только «механическая». Сердце, лёгкие и даже часть половых органов — для выработки тестостерона и управления уровнем агрессии. И учёные их успешно воссоздавали.
— Пока это наш лучший проект, — с улыбкой прошептал Мейсон Хоппер, заведующий лабораторией, — Ну как же он прекрасен!
— Адаптивность его плоти настолько высокая, что мы можем имплантировать то, что не позволяли другие реципиенты!
— Даже нейромодуль в позвоночник?
— Даже его! Подключим его к модулю в мозгу, и отдадим скорость реакции на отдельный ИИ. Он сможет видеть пули, сможет ловить их пальцами! И главное… он абсолютно нам подчинён. Все его системы подчиняются нам, потому что все их соединяют наши импланты!
