А затем… сорвался и сладкий, болезненный стон, как терновая, невидимая лоза обвилась вокруг шеи, головы и сердца.
— Отлично. Господин будет доволен, — он гладит её по голове, как послушную собачку, — А теперь расскажи мне всё. Каждую деталь.
И она рассказывает — про откаты, про подставные фирмы, про фальшивые отчёты. Про всю грязь, что копилась годами. А инкуб слушает и улыбается, зная, что теперь у его господина есть всё необходимое.
Маленький герцог Похоти получил то, что хотел, пусть и не просил подробностей КАК это будет достигнуто. И пусть методы жестоки…
Но если она разрушила судьбу детей, то не заслужила того же?
В конце концов, иногда тьма может служить свету.
Директриса сделала свой выбор. И теперь навсегда останется рабыней своей порочной страсти, умоляя о милости существо, что превратило её жизнь в бесконечную пытку.
Потому что некоторые грехи не прощаются. И некоторые души обречены гореть в адском пламени похоти.
Анастасия Смоленцева стояла перед зеркалом и прихорашивалась: поправляла роскошные персиковые локоны, искала недостатки в наведённом макияже и в целом радовалась, какая она хорошенькая — обычная женская рутина.
— Какое-то мероприятие? — спросил Макс.
— Делегация из Индии. Надо быть красивой, — вытянула женщина губки, смотря на помаду, С Князевым мы теперь и сами страна призывателей — демонология, некромантия. А Индия этим живёт с основания. Обмен опытом, — пожала она плечами и развернулась к Максу, — Ну как? Хорошо вышло?
— Ты каждый день прихорашиваешься, и каждый раз выходит лучше прошлого. Это талант.
Прошивку взрослой женщины откатить не трудно — одари её комплиментами как в старшем классе, и она откатится примерно до того же возраста. Расплывётся в улыбке, сердечко застучит, и бабочки заползают в животе. И вот перед тобой не будущий мэр, а девочка с глупой улыбкой.
Макс это знал, и, честно сказать, применять не хотел — ему стыдно. Он чувствует себя малолеткой! Но… откатить прошивку взрослого мужчины легко — влюби его, и перед тобой будет подросток.
Поэтому среднее айкью в поместье Смоленцевых стремительно упало до уровня Максима. Умных здесь не осталось.
Да, возможно, и не было.
— Слышала историю с Мишей… — Настя кокетливо сложила руки за спиной и медленно потопала к высокому мужчине, — Говорят… вы неудачу забираете, господин Макс?..
— Есть такое поверие…
— За проживание в нашем доме нужно платить, знаете ли. Услугами… тоооже принимается.
Анастасия подошла очень близко и застенчиво встала, больше ничего не делая. И Макс понял. Вот оно! Вот он шанс! Макс может и дебил. Может и пропустил семьдесят два намёка ДО. Но сейчас… сейчас…
Он приобнимает женщину за стройную талию. Анастасия подшагивает, и приобнимает мужчину в ответ. Оуе-е-е! Сюда, красивый иностранный карасик! Женщина закрывает глаза и чуть выше приподнимает голову, подставляя губы.
Макс наклоняется. Решается! И аккуратно, будто в первый раз, будто и не сидел в тюрьме за соблазнение египетской наследницы… губами касается губ Насти.
Мягкие. Влажные. Даже, вроде, чуть сладковатые.
Первый поцелуй этих двух.
Анастасия открывает глаза, глядя на небольшие следы помады.
Воу…
Когда она в принципе в последний раз целовалась?.. Даже не вспомнить.
— Ну… как? Я теперь удачлива?.., — стеснительно спросила она.
— Да здесь я главный везунчик, похоже, — хмыкнул Макс, держа женщину за талию.
— Кхе-кхем, — и тут послышался кашель высокого голоса.
Парочка, всё ещё стеснительно прижимаясь друг к другу, медленно поворачивается в сторону и видит стоящего в дверном проёме ребёнка с геймпадом.
— Не прошло и трёх месяцев, а они уже целуются! Это что такое⁈ А потом что… ещё раз поцелуетесь⁈
— Ам… — мать запаниковала, — Ой, ну мне пора бежать! Индусы там ждут, хе-хе, — она ловко выползла из объятий мужчины, и перед тем как убежать, незаметно повернулась на Макса и снова ему подмигнула, — Всем пока, не ругаться!
И женщина упорхала полная счастья. Макс, улыбнувшись обстоятельствам, всё же быстро нахмурился — мелкий уходить не хотел.
— Максим, это… понимаешь… я и твоя мама… мы как бы взрослые люди, она одинокая женщина, и…
Максим молча протянул руку. Макс вздохнул.
— Что?.., — понял он.
— Ещё ствол. И три обоймы. Теперь хочу американский!
Макс Хён снова вздохнул, покачал головой и вытащил из внутреннего кармана явно не детскую игрушку. Максим принимает оружие в руки и широко улыбается.
— Можете целоваться! — сказал он.
— Ну спасибо…
Максиму, честно говоря, нравится Макс. Он видит как цветёт мама, видит, что мужик сам по себе прикольный, анекдоты травит, Мише вон помог. Этот чёртов иностранец не так уж и плох!
Но мелкий Макс не дурак! Он сразу пронюхал возможность получать плюшки от, возможно, будущего отчима. Можно и без них, да. Но зачем?
И вот так один неудачливый Макс осчастливил сразу двух Смоленцевых. Мужчина вздохнул, покачал головой, и глянул в сторону двери.
«И всё же, индусы приехали? Странно. Чего так?»
Актовый зал школы сиял позолотой. Роскошный, как и подобает элитному учебному заведению.
