— И победа присуждается Андрею беспамятному Зеро! — вдруг выскочил в центр импровизированного ринга старичок. — Туман оказался на его стороне, и он прав, перед лицом великого Тумана и нами! Поприветствуйте победителя!
— Потери восполнены до сорока процентов от нормы, — прозвучал голос Мозга у меня в голове. — Напоминаю, нам нужны материалы, с которыми в этом мире туговато. Битва против девятки не окупилась, мы вышли в ноль.
Мариана бросилась ко мне, не стесняясь обняла и прошептала на ухо:
— Ты выиграл аж четыре золотых, представляешь? Все ставили против тебя. На тебя поставил только этот старичок, хозяин ресторана. Так что прибыль мы поделили, почти пополам.
Я ещё раз внимательно поглядел на ведущего. В ответ он мне подмигнул и вдруг поклонился. Я кивнул в ответ. А он приглашающе махнул рукой и направился в центральный зал. Я с интересом последовал за ним. Мариана хвостиком пошла за мной, гости расступались, чтобы пропустить нас, вполголоса обсуждая короткую схватку.
Мы прошли наш столик и направились к неприметной дверке в противоположной стороне от входа. Комната, куда мы попали, оказалась весьма причудливой формы. Ведь зал был почти круглым. Но, вполне уютной. Приглушённый свет, мягкие тона, два дивана и столик между ними. Хозяин жестом указал, куда нам присесть, с неудовольствием взглянув на Мариану, что не укрылось от меня.
Не спеша налив три бокала явно недешёвого вина, он сел напротив нас. Выдержав МХАТовскую паузу, он прямо спросил:
— Ты — это он? О ком мне успел сообщить брат, вскользь, но всё же? Как он пострадал? Мне сообщили, что он чудом выжил, но в коме, и шансов выжить минимум. Мы мало общались последнее время, в ссоре были, о чём теперь жалею. Но я его знал весьма хорошо. И в этом мире слишком мало вещей, ради которых он принял бы смерть. За пару часов он мне намекнул, но прямо не сказал, потому я и спрашиваю. Ты — это он?
Живой! Тепло разлилось у меня в груди. Если выжил, дальше наниты его починят, даже то крохотное количество, которым я пожертвовал. Главное, чтобы мозг цел оставался.
— Не понимаю, о чём ты говоришь! — попытался прикинуться я валенком. — Ты о чём?
Старик махнул рукой, и нас двоих накрыл купол, переливающийся снегом и зеленью. Девушка осталась снаружи. Интересная технология, что это? Шар в его животе оказался точно таких же цветов, бело-зелёный, полосатый.
— Это купол незнания, — протянул мне свой бокал старик, и мы чокнулись. — Твоя спутница нас не видит и не слышит, и вообще, забыла о нашем существовании. Потом вспомнит, конечно, но переговорить мы успеем. Клянусь Туманом, что всё, услышанное мной здесь и сейчас, умрёт вместе со мной. Или я умру, как только это станет гласным. Она из полиции?
— Да, — не стал юлить я на фоне клятвы.
Не знаю, как клятвы работают здесь, в магическом мире, но зато чётко видел, что его магическое ядро уменьшилось почти вдвое. Это была не просто клятва.
— И его убивала полиция, — продолжил я, не щадя старичка. — Заморозила, точнее, и он умер, пытаясь предупредить меня об их приходе. Ну, почти умер. Кома — маленькая смерть.
— Ты — он! — утвердительно сказал старик. — Я не могу представить больше ничего, ради чего он так поступил бы. Я слабо понимал его увлечение, но, под конец и сам проникся. Клянусь служить тебе полностью и с лишь одной оговоркой, если ты — таки он!
— Да, это я, — ответил я, наблюдая, как сосредоточие в его животе снова уменьшилось. И выпустил небольшое, но видимое облачко нанитов. — И мне жаль напрасной жертвы твоего брата. Не поступай так же.
— Свершилось, мать его, свершилось! — прошептал старик и тупо потерял сознание, обмякнув на диване.
Роботы сообщили мне, что он в полном порядке. Между тем его купол плавно испарился. Я подошёл и уложил его поудобнее. А девушка непонимающе посмотрела на меня.
— Что с ним? Ему плохо? Я не сильна в лечебной магии, но нам преподавали, пропусти меня.
— Он в порядке, просто перенервничал, что может потерять столько денег, — усмехнулся я. — А теперь его отпустило, он и расслабился, плюс алкоголь и возраст. Пойдём в зал? Оставим его, пусть отдохнёт. Угроз ему никаких нет.
Мы вернулись за свой столик. К моему удивлению, он был весь заставлен разнообразной едой и кучей бутылок. Официант, услужливо поклонившись, начал перечислять:
— Это блюдо вам просили передать те дамы с левого края. Вот это вино, из Абхазского региона, вон тот мужчина в строгом оранжевом костюме, куропатку, причём заражённую, вон та парочка слева от вас, это вино из Франции…
— Погоди, — перебил я его. — Все эти угощения от других посетителей? Серьёзно?
— Именно так, — степенно кивнул головой юноша. — Как благодарность за редкое зрелище.
— Но, — я оглянулся. — Они все же проиграли море денег. За что такие щедрые жесты?
