– Ты выглядишь… – Ной оборвал себя, придумывая, что ещё можно сказать, кроме правды, но она всё равно сорвалась с языка: – Ужасно.
– Тарелка чизбургеров и ведро жареной картошки – и я стану как новенький, – пошутил Танк. – Всё будет нормально, – уже серьезно добавил он. – Спасибо, мужик.
Как только Ной оказался на земле, один из медицинских работников махнул Бурану, призывая его подняться в телегу. Когда медведь проходил мимо, Ной обнял его напоследок. Дождавшись, когда Буран устроится рядом с Сэмом, работник поднял трап, залез на слона, и телега тронулась.
Скауты стояли и смотрели ей вслед. Марло порхнул к присоединившемуся к ребятам Малышу Большерогу и уселся ему на кончик рога.
Подошла Солана. Коснувшись плеча Ноя, она одними губами прошептала:
– Спасибо.
– Где Эви? – вдруг спросила Элла. – И что с Элакши?
– Уже в больнице. А Эви ушла, – ответила Солана. – Уж кто-кто, а она явно не горит желанием оказаться в окружении десандеров.
Ной едва не спросил почему, но передумал. Сейчас ему хотелось лишь одного – оказаться дома.
Скауты, помахав на прощание Солане, пошли по улицам Зоополиса. В сравнении со всеми остальными пережитыми им приключениями это от своего завершения принесло Ною радости меньше всего. Он не мог перестать думать о мистере Дарби: о его неожиданной вспышке гнева, его странных глазах и о том, как десандеры преклонили перед ними колени.
Четверо друзей торопились к порталу, который должен был доставить их домой.
– Всё, уходим отсюда! – произнесла Элла.
А в голове Ноя эхом прозвучали слова мистера Дарби: «До поры до времени».
