Когда в королевстве пять лет орудует серийный убийца, юным девушкам не стоит путешествовать в одиночку. Р
Равномерный ставший родным и привычным стук колес словно убаюкивал. Здесь, внутри вагона весь мир существовал несколько по другим правилам, нежели снаружи. Время пропадало, как и почти все важные дела, поскольку рельсы железной дороги словно бы отрезали от внешнего мира, забирая путников в свое царство. Поэтому в поездке стоило расслабиться и занять себя приятными мелочами, как разглядывание видов из окна или чтение утренней газеты. Любители так же могли разгадывать кроссворды или увлечься бульварным романом, это тоже не возбранялось.
И пассажиры экспресса, присоединяясь к этой необычайной игре пребывания в поезде, чинно занимались своими делами. За окном, догоняя поезд, летело ранее утро, когда рассвет уже прошел, но сны еще не желают отпускать, нагоняя на «жаворонков» состояние зевоты. Погода, судя по мелькавшим сквозь окна по пассажирам веселым лучам солнца, преподносить неприятные сюрпризы не собиралась, и день вполне мог сложиться удачно. По крайней мере, утро навевало именно такие мысли.
Виктория Редрейн, приятная девушка лишь недавно закончившая семинарию, но по личным причинам отказавшаяся от церковной карьеры, ехала в этом поезде вместе с подругой Лоттой Броншер. К романтике поездов Лотта и Виктория привыкли довольно давно: занимаясь репетиторством, девушки пару раз за неделю обязательно выбирались в другой город.
Лотта мирно посапывала, то и дело клюя носом, словно вот-вот готовясь уснуть, Тори внимательно изучала утреннюю газету, как раз дойдя до криминальной хроники. Подруги, несмотря на то, что дружили давно и крепко, сильно отличались, как по внешности, как и по характеру. Лотта предпочитала легкость и непринужденность в жизни, кокетливо подвивая волосы, подкрашивая глаза заграничными тенями и пудрой, придавая своему лицу аристократический оттенок бледности. Виктория являлась девушкой рассудительной, увлечений модой своей подруги не разделяла, и без этого прекрасно выглядя на правах обладательницы шикарных черных ресниц и смуглой, слегка опаленной этим летним солнцем кожи. Платье носила без изысков, волосы собирала в несложную прическу. И больший интерес проявляла к политике, нежели к светской жизни.
Дочитав очередную статью, девушка только покачала головой. Ее губы пренебрежительно сжались, а карие миндалевидные глаза смотрели с укором.
— Что там пишут? — вяло спросила Лотти, для приличия прикрывшись рукой, и от всей души зевнула.
— Все как обычно, никаких новых событий нет, поэтому продолжают перетирать старые. Честно сказать, это порядком надоело, могли бы и найти хоть что-нибудь другое, — пожаловалась Тори, отвлекаясь от чтения и не спеша перелистывать хрупкую страницу.
— Что, про того маньяка, который убил твоих родителей? — удивилась Лотти, прибрав за ухо золотой локон, который некстати лез на глаза. Виктория кивнула в ответ. — Действительно, уже можно переключиться на что-то новое. Маньяк лет пять не уходит со страниц криминальных хроник.
— Понятно, что пока его не поймали, он представляет опасность, но с каждым разом пишут все больший бред, потому что из новых подробностей лишь новые трупы, — с раздражением продолжила беседу Виктория, желая с кем-то поделиться своими размышлениями. — Сегодня, например, выдумали, что особо следует опасаться за свою жизнь девицам на выданье, потому что среди его жертв они встречаются чаще всего.
— Правда? — удивилась Лотти, даже просыпаясь от подобного заявления. Конечно, ходить по улицам в одиночестве опасно довольно давно, но если она еще попадает в список наиболее вероятных жертв, то все усложняется еще больше.
— Да глупости все это! — возмущенно покачала головой Тори, отложив газету на столик и поправив манжет на синем классическом платье. — Маньяк, я думаю, сам об этом не подозревает. Число его жертв уже больше сотни, причем наблюдается изрядное разнообразие. Мне кажется, ему все равно, просто молодые девушки, очевидно, более легкомысленны и попадаются чаще.
— Действительно, — улыбнулась Лотти, но немного натянуто. Маньяк, что ни говори, никогда не станет тем, к кому можно привыкнуть. — Что еще пишут?
— О! А дальше идут шедевры! — Виктория не поленилась, нашла в газете нужные строчки, с улыбкой начав их зачитывать: — На данный момент описание подозреваемого следующее: молодой мужчина с худощавой атлетической фигурой, волосы по цвету напоминаю сияние луны и, спадая легкими волнами до плеч. Глаза же, являясь необычайной выразительными, имеют пронзительно синий цвет, напоминающий ночное небо. Из особых примет — родинка на правой ключице в виде полумесяца, — Виктория с усмешкой посмотрела на подругу. — По мне так это объявление для знакомства, а не описание маньяка. Вот чем они руководствуются, когда пропускают подобное в печать?
— Я даже не знаю, — Лотти поддержала подругу улыбкой. — Наверное, он невероятно обаятельный мужчина, поэтому журналисты и пришли к выводу, что предпочитает девушек.
