– Они запрещены, – возмутилась, чуть расслабляясь.
– Ага, – отозвался он, закидывая в рот белую таблетку.
– Ты читал о побочках? Рассеянное внимание, головные боли, нарушения сна.
– Лучше спроси, когда я в последний раз спал, – огрызнулся он. – Ляг и спи, – сказал уже твёрдо, и я решила замолкнуть.
Хочет гробить свой организм – его дело. Оглядела довольно большое заднее сидение, придя к выводу, что здесь вполне можно прилечь.
– А ты не вырубишься? – спросила осторожно.
– Разве это плохо? Зато не надо никуда лететь.
– Не смешно, – буркнула возмущённо, приглядываясь к лицу Кайла.
Он действительно казался усталым. Под глазами пролегли тёмные круги.
Я удобнее расселась в кресле, решив следить за этим засранцем. Смерть в автокатастрофе в мои планы не входила.
/
– Что это за место? – я вышла из машины, оглядывая небольшой заброшенный на вид частный дом, огороженный высоким кирпичным забором.
– Убежище, – коротко сообщил Кайл.
Он подошёл ко мне, чтобы отстегнуть наручник. Но отпускать от себя явно не собирался. Схватил за локоть и повёл к железной двери ворот. Открывалась она по старинке ключом. Подобного я ожидала и от входной двери, но не отгадала. Дом хоть и выглядел просто, построенным в классическом стиле, но от стены справа от ручки открылась компьютерная панель для ввода пароля. Одновременно со сканированием лица, Кайл произнёс:
– Соколов Николай Владимирович.
Дверь с тихим щелчком открылась. Кайл вытянул из кармана фонарик и посветил внутрь.
– Эм, Николай?
– Да, – так же коротко ответил он, даже не взглянув на меня, но поморщился, коснувшись пальцами виска.
– Сколько стимуляторов ты принял?
– За эту неделю? – скучающе хмыкнул, вновь не глядя на меня.
– Так ты себя угробишь, – по жесту моего надзирателя вошла в дом, отмечая внутреннее запустение.
Безликие полупустые комнаты, затхлый воздух. Кажется, здесь давно никого не было. Но я ожидала напороться на паутину и слои пыли. Похоже, это действительно действующее убежище. Вопрос, для кого?
Кайл приостановился в дверях, чтобы извлечь завибрировавший телефон из кармана куртки.
– Да? Отлично. И что там? – он замолк, прослушивая, судя по всему, отчёт обо мне. – Сколько у нее образований? – взглянул на меня оценивающе.
Интересно, насколько толковый у него информатор?
– Ты уверен? Девчонке двадцать один год. Что-то не вяжется. Она на навороченном байке гоняет, – замолк, кивая головой на слова собеседника. А я напряжённо следила за ходом разговора, не уверенная, что не всплывут данные, которые должны были тщательно скрывать. – Надо же. Кажется, я его взорвал. Ну вот так. Нет больше опытной модели. Ладно, молодец, спасибо, – он отключил вызов и вновь забросил телефон в карман.
Фонарь давал мало света, я не могла оценить выражение его лица. Но, судя по всему, за убийство моего малыша он вины не ощущал.
– Вундеркинд, значит? – усмехнулся он. – А ты, говорят, успела в газетах засветиться.
– «София» выиграла тендер на развитие и внедрение в автотранспортные системы. Байк, который ты разбил, был первым образцом.
В принципе, потому он и не настолько быстрый, как хотелось бы. Я получила его в подарок за активное участие в проекте.
– Ладно, девочка-вундеркинд, кажется, ты чиста, – заключил он.
И мне показалось, чуть расслабился.
– Тогда, план на ближайшую ночь, – Кайл говорил тихо, спокойно, словно инструктировал школьницу. – Душ, сон. Хоть дёрнешься не туда, проведёшь ночь в камере внизу. Да, она там есть, – заявил, прежде чем я задала вопрос.
Это что же, он бы меня там запер, если бы не получил краткое досье?
– Я буду вести себя примерно. Ты можешь запереть меня в любой комнате, и я лягу спать.
– Нет уж, от меня ты больше ни на шаг, – качнул он головой, снова поморщившись от боли.
– Кайл, душ и сон не вяжутся с твоими словами.
– Почему? Разве ты не для того строила мне глазки в ресторане?
– Я? – моментально вспыхнула, то ли от злости, то ли от смущения.
Настолько вымоталась за день, что была не в состоянии разобраться в собственных эмоциях. Вообще, я не врала, была выжата, как морально, так и физически, чтобы куда-либо бежать. Да и полученные во время погони синяки побаливали, как и ссадины на запястьях. Хотелось просто упасть и заснуть, наконец отдохнуть, а главное, хоть на время сна забыть о неприятностях, в которые попала.
– Ладно, – ухмыльнулся он. – Глазки мы строили взаимно, – и подмигнул.
Даже не смутилась на этот раз, потому что он был прав.
Мы тем временем достигли довольно просторной спальни. Свет фонаря выхватил две полутораспальные кровати с тумбочками возле них, расположенными вдоль стен. Единственное окно было плотно занавешено шторой. Кайл же вёл меня дальше, в душевую.
– Все коммуникации подсоединены, – сообщил, закрывая за нами дверь.
