Существует ли предопределенность нашей жизни? Можно ли отвратить смерть? Договориться с ней? Обмануть или переписать судьбу? Эдвард Каллен – обычный молодой семьянин, который случайно узнает то, что ему знать не положено. На что он пойдет, чтобы спасти дорогого человека?
В разогревающемся салоне автомобиля я потирал озябшие руки, задумчиво разглядывая аккуратную улицу, на которой стоял наш с Беллой дом. Двадцать второй октябрьский день выдался особенно холодным, вчерашние лужи покрылись прозрачным стеклом льда, а на зеленой еще газонной траве поблескивал белый иней. Налетавшие внезапно порывы ветра закручивали опавшие желто-красные листья в спирали, сдергивая с полуголых ветвей кленов новые разноцветные жертвы, присоединяющиеся ко всеобщей пляске праздника смерти природы в этом году.
Если бы не внезапные заморозки, я бы не сидел сейчас за рулем компактной «ауди» Беллы, а ехал на работу в своем «вольво». Но несколько важных событий изменили обычный распорядок моего дня: во-первых, Белла до сих пор не поставила зимнюю резину, надеясь на большую продолжительность теплых дней, а во-вторых, я раскрыл ее маленький секрет, найдя в ванной комнате припрятанный между флаконами шампуней использованный тест на беременность, показывающий две полоски. Я был этим настолько смущен, растроган и в конечном счете воодушевлен, что просто не мог отпустить ее из поля зрения, гадая, когда же она поделится со мной приятной новостью. Но и, конечно, я не мог позволить беременной жене рисковать жизнью, ездя на голой резине в гололед. Придется самому заехать в автосервис и сменить шины, пока Белла работает.
К счастью, моя должность директора маленького частного адвокатского бюро позволяла приходить в офис с опозданием.
Хлопнула входная дверь дома нашей мечты, и по выложенной плиткой тропинке зацокали каблучки. Запыхавшаяся девушка, споткнувшись, почти упала, но устояла на ногах, поморщившись из-за привычной неуклюжести, от которой не могла избавиться с самой юности.
Я покинул салон, чтобы по-джентльменски открыть жене дверь. На ней по случаю корпоративного совещания была надета узкая юбка-карандаш и шпильки, которые она носила крайне редко. Темно-салатное пальто оттеняло серо-зеленый цвет прекрасных глаз, в которые я был влюблен с самой школы. По плечам струилось буйство каштановых кудрей, не подчиняющихся никакой укладке, и в которые я обожал запускать пальцы во время бурных ночей. И скоро нас семейный уют разбавит маленькое кричащее чудо, сочетающее в себе признаки самой красивой и доброй на свете женщины и заурядного меня. Я улыбнулся мечтам, глядя на губы Беллы, растягивающейся в смущенной улыбке.
- Что? – спросила она, никогда не понимая, чем очаровывает меня.
- Ничего, - усмехнулся я, открывая пассажирскую дверь.
Белла нахмурилась:
- Это моя машина, я сама поведу ее.
Я закатил глаза:
- Ты же на каблуках, - и улыбнулся, наклоняясь, чтобы украсть короткий поцелуй с блестящих от помады губ. – Позволь поухаживать за тобой сегодня?
- Еще чего, - уклонилась она, легко проскользнув мимо меня к дверце водителя. Я остался на месте, искренне пытаясь не злиться: упрямство Беллы было неискоренимо и периодически приводило меня в бешенство. Спорить было бесполезно – она уже повернула ключ зажигания. Пришлось подчиниться, занимая место пассажира.
- Будь осторожна, - проворчал я, зная, что эта хрупкая на вид девушка порой абсолютно теряет инстинкт самосохранения на дороге.
- Как всегда, - пообещала Белла, не уловив сарказма в моих словах, и тут же подтвердила впечатление о ней, чуть не врезавшись в едущую по улице соседскую тачку. Я закатил глаза, а Белла лишь сказала «ой» и виновато помахала соседу Ньютону рукой.
Я ненавидел ездить с ней в машине. Просто удивительно, что эта женщина до сих пор оставалась жива и получила от силы пару штрафов, да и те за неправильную парковку. Пока мы мчались к городу по объездной магистрали, Белла подрезала три машины и дважды чуть не воткнулась в чужой капот. Я терпеливо молчал, сжимая зубы – ее раздражали мои комментарии по поводу ее вождения. А сегодня ничто не могло испортить мне настроение, даже повышенное беспокойство о безопасности поездки. Я ловил себя на мысли, что постоянно разглядываю профиль жены, ища изменения, указывающие на зарождение в ее теле новой жизни: особенный блеск в глазах, пополневшие розовые щечки. Но, черт возьми, даже юбка-карандаш сидела идеально, никак не выделяя животик.
Я сглотнул, пялясь на обтянутые чулками узкие коленки и правую ногу, сексуально жмущую на газ.
- Ты во мне дыру протрешь, - заметила Белла, пытаясь не улыбаться.
- Сделай одолжение, вечером не снимай эту одежду до моего прихода.
