Мартин стоял у окна, ожидая их возвращения с прогулки. Он быстро спустился по лестнице, заметив появившийся экипаж. Этот чертов глупец купил новый экипаж только потому, что Кристине хотелось покататься в нем. Похоже, он нашел способ завоевать ее любовь. Эта маленькая негодница сидела у него на коленях.
Кристина пробежала в дом, не замечая Мартина. Он улыбнулся девочке.
– Ну, что ты расскажешь дяде Мартину о своей прогулке?
– Но она пробежала мимо.
– Я расскажу дяде Джону, – бросила она на ходу. Мартин поджал губы. Ему захотелось хорошенько отшлепать эту девчонку, чтобы научить ее хорошим манерам. Но Лиззи это не понравится – она просто обожает Кристину. Он прошел вперед, и едва не столкнулся с Элизабет, которая проскользнула мимо. Выглядела она не очень счастливой. Мартин пожал плечами и взглянул на Кристофера.
– Похоже, ей трудно угодить? – спросил он. – Имей терпение, Тревельян. Кристина принадлежала только ей все эти шесть лет. Ей трудно делить девочку с кем-то еще. Любящие дяди не представляют угрозы, как ты понимаешь.
Кристофер кивнул и внимательно посмотрел на Мартина. “У него плохое настроение, – отметил Мартин. – Значит, дела идут не так хорошо”.
– Надеюсь, что Лиззи больше не будет запрещать тебе встречаться с Кристиной, – продолжал Мартин. – Я поговорю с ней. Она немного нервничает в эти дни. Но я смогу положительно повлиять на нее. Она должна понять, что ты действительно обожаешь свою дочь.
– Да, – согласился Кристофер, – я очень люблю ее. На ведь тебе все известно, Мартин. Почему ты стараешься помочь мне, когда в твоих силах сделать все наоборот?
Мартин пожал плечами и улыбнулся.
– Ты ведь меня знаешь, – ответил он. – Я всегда больше думаю сердцем, чем головой. Я не переставал любить тебя, Тревельян, и мне было нелегко, когда я был вынужден поверить всему тому, что стало известно после твоего отъезда. Думаю, надо было хорошо во всем разобраться, прежде чем обращаться в суд. Но сейчас уже слишком поздно говорить об этом, правда?
– Да, – согласился Кристофер. – Слишком поздно. Но я должен сказать, что тот, кто так ненавидел меня, действовал очень осторожно, не оставив никаких следов.
Мартин недоверчиво покачал головой:
– Мне трудно поверить в это. Неужели кто-то мог так ненавидеть тебя? Но мне бы хотелось хоть как-то помочь тебе. Ты ведь хочешь вернуть Лиззи, правда?
Кристофер сощурился, но ничего не сказал.
– Я вижу это, даже если ты не хочешь признаться мне, – сказал Мартин. – В Лиззи есть одна черта, Тревельян, которую я знаю лучше тебя. Она любит, когда силой добиваются ее руки. Если ей нужно делать выбор самой, она становится ужасно упрямой. Если же ее заставлять, она последует зову своего сердца. Думаю, в Пенхэллоу ты сам убедился в этом.
– В Пенхэллоу, – заметил Кристофер, – она ничего не помнила.
– Конечно, – согласился Мартин. – Но неужели она смогла бы любить какого-то мужчину, сказавшего, что он ее, муж? Думаю, нет. Мне кажется, ее сердце все помнило, даже если разум молчал.
Кристофер ничего не ответил.
– Похищение было самым лучшим выходом для нее, – продолжал Мартин. – Я всегда считал, что брак с Пулом ей не нужен.
– Да, – согласился Кристофер, – охотно верю в это. Ты считаешь, что мне снова следует похитить ее, Мартин?
Мартин задумался. – Я так не думаю, – наконец произнес он. – Ещe раз это уже не получится. Мне кажется, ты должен быть твердым в отношении Кристины. Ты должен убедить Элизабет, что никогда не уступишь свою дочь другому отцу. Кристофер удивленно приподнял брови.
– Даже намекнуть, что не остановлюсь перед ее похищением?
Мартин снова задумался.
– Должен признать, что это уже крайняя мера. Я даже не думал об этом. Господи, но ведь это может сработать. Элизабет не задумываясь помчится за тобой, если Кристина будет у тебя. Но это плохая идея, не так ли? – На лице Мартина появился юношеский румянец. – Это сумасшествие. Давай поговорим о другом.
– Может, это и не такое сумасшествие, – отозвался Кристофер, запрыгивая на высокое сиденье своего экипажа. – Спасибо тебе, Мартин. Ты настоящий друг.
Мартин нервно рассмеялся.
– Ты ведь не собираешься серьезно думать об этом, правда? – спросил он. – Давай еще поговорим, я попытаюсь отговорить тебя от этого. Давай будем считать это шуткой, иначе угрызения совести не дадут мне уснуть.
Кристофер приподнял свою шляпу.
– Не теряй сон из-за этого, – посоветовал он и, развернув лошадей, направился к площади.
Мартин смотрел ему вслед. Тревельян считает себя светским человеком, особенно после того, как провел столько лет в Америке и стал удачливым бизнесменом. Но им все равно можно манипулировать как ребенком.
“У Тревельяна больше ничего не получится с Лиззи, – думал Мартин, с ненавистью глядя на удаляющийся экипаж. – Теперь она принадлежит мне, и так будет всегда. Уж я позабочусь об этом, и Лнззи поймет, что может быть счастлива только со мной. Как мы были счастливы до того, как Тревельян ворвался в ее жизнь семь лет назад!”
