В начале января 1800 года Бонапарт становится первым консулом. Он сосредоточивает в своих руках политическую и военную власть. Надо сказать, что он всегда настороженно относился к делегированию своих полномочий:
Единоначалие в командовании было необходимо Наполеону для ведения слаженных военных действий, для избежания явления, которое в военной терминологии называется «мешок»: только устранишь «флюс», то есть выгиб линии фронта, в одном месте, как он тотчас появляется в другом. Он не верил в эффективность принципа «вспомогательности», который состоит в правиле не выносить на высший уровень проблему, которую можно решить на низшем уровне. Он считал, что к наиболее верным решениям он всегда приходил сам, после консультации с небольшой группой ближайших соратников. Накануне всех сражений он оставался один, чтобы никто не мешал ему выработать окончательное решение. Эту свою привычку он называл
Наполеон отказывался принимать участие во внутренних распрях или подчиняться внешнему давлению, тем более что компромисса между этими двумя силами достичь было крайне трудно. Существовало огромное количество центров, принимающих решения. Весь организационный процесс был настроен на старый способ принятия решений, которого придерживались предыдущие поколения. Главнокомандующий определял стратегию и тактику, распределяя денежные ресурсы и командные посты. Также он определял порядок разработки и приведения в действие систем награждений и контроля над расходованием бюджетных средств. В основные силы входят солдаты и штат чиновников, то есть гражданские сотрудники, которые исполняют решения, принятые руководством. На старших офицеров и чиновников высшего ранга возложена обязанность контроля за деятельностью основных сил. Генерал Тиар, капеллан императора, объяснил более подробно видение этой системы: «Обычно считают, что в самых для него важных вопросах управления император никогда не прислушивался к мнению Государственного совета. Это большое заблуждение. Конечно, иногда он решался действовать по собственному усмотрению, но часто уступал, если момент для принятия самостоятельного решения был неблагоприятен».
Управленческий стиль Наполеона оставлял очень узкое поле для деятельности его соратников, особенно в реализации на их уровне руководящей идеи. Император вмешивался во все события, которые могли иметь хоть какое-то значение для империи, он считал своим долгом обсудить каждую мелочь и заставить согласиться с его решением. Например, 2 ноября 1804 года он писал Талейрану:
Одержимый, по словам Моллиена[66], «страстным желанием быть центром всего», Наполеон порой относился к своим министрам как к простым клеркам, отдавая им приказы и ожидая немедленного их исполнения. Так, 6 июня 1806 года он писал министру внутренних дел Шапталю:
