Наполеон полностью

Хотя ему и удалось собрать шестидесятитысячное войско, сделано это было с большим трудом, поскольку каждый десятый из призывавшихся в ополчение отказывался служить. В процентном соотношении это не так уж и много, но достаточно для того, чтобы еще больше ослабить армию, которая несла большие потери из-за массового дезертирства и эпидемии тифа. Новобранцы, которых из-за слишком юного возраста называли «Мари-Луизами», бесстрашно шли в бой, но им не хватало боевой злости «старых усачей». Зная об этом уязвимом месте своего войска, Наполеон решил тогда ввести врага в заблуждение относительно численности имеющихся у него сил. Он выстроил солдат шеренгой по всей протяженности линии фронта. Это зрелище произвело на союзников впечатление, они разделились на две части: австрийский князь Шварценберг двинулся к Парижу вдоль Сены, тогда как Блюхер, военачальник прусской армии, пошел вдоль Марны.

Наполеон двинул свою армию в наступление. «Все военное искусство состоит из хорошо продуманной, очень четко организованной обороны и дерзкого стремительного наступления». 27 января 1814 года в сражении у Сен-Дизье Наполеон одержал победу над Блюхером. 1 февраля прусское войско в свою очередь одержало победу над французами в битве у Ла Ротьера, недалеко от Бриенна. Блюхер отдал приказ своим войскам растянуться в цепочку, что позволило ускорить их продвижение вперед. Наполеон этим воспользовался и, атаковав неприятеля, за шесть дней разбил поодиночке все четыре его корпуса. 10 февраля у Шампобера он разгромил русский корпус графа Олсуфьева. В ту же ночь, после победы, Наполеон выехал в Монтмираль, где он разбил Сакена[71]. Эту битву, в которой пятнадцатитысячному французскому войску противостояла тридцатитысячная русско-австрийская армия, император начал с того, что разделил вражеские силы на две части: с одной остался Сакен, с другой — генерал Йорк. К восьми часам французы заняли позицию, сдерживали непрерывно повторявшиеся атаки войска Сакена, который был уверен в том, что лично ему удастся разбить Наполеона. В 15 часов 30 минут пехота наполеоновской гвардии пошла на штурм фермы Грено и в штыковом бою овладела ею. Численное превосходство врага оставалось значительным, но Наполеон не терял надежды. Он решил бросить в бой солдат старой гвардии, то есть четыре батальона, которые отбили атаку вражеской кавалерии. Французская кавалерия завершила разгром корпуса Сакена, тогда как гвардия, установив отбитые у врага пушки на башне замка Монтмираль, обстреливала остатки разбегающегося неприятеля.

По словам участника этой битвы французского генерала Гриуа, «дрались до самой ночи. […] Император, приказав разбить бивуак прямо на дороге, расположился возле костра, где принимал рапорты, отдавал приказы, прочитывал депеши. […] В его присутствии были допрошены несколько пленных. […] Он сам выдавал денежные вознаграждения тем солдатам, которые отличились в бою, захватив вражеские знамена или пушки. Он говорил оживленно и непринужденно со всеми, кто его окружал, и удовлетворение, оживлявшее его лицо, передавалось всем нам». 12 февраля генерал Йорк был разбит под Шато-Тьерри. 14 февраля в Вошампе Наполеон нанес поражение генералу Блюхеру, который после этого подал в отставку.

Показательно количественное соотношение потерь в армии Наполеона и в прусской армии. В битве под Монтмиралем французы потеряли 2000 солдат, а армия Блюхера — 2800 солдат и 13 пушек. Общие потери за шесть дней боев составили 4000 солдат у Наполеона и 16 000 солдат и 47 пушек у Блюхера.

После такой серии впечатляющих побед император решил выступить против второй союзнической армии, которая двигалась к Парижу вдоль Сены. Через несколько дней он одержал победу в Монтрё, что заставило Шварценберга отступить к Труа. Во время этого сражения он сам занимался наводкой артиллерийских орудий, не прячась от вражеских пуль и снарядов, и на просьбы солдат отойти в безопасное место отвечал: «Не бойтесь, друзья. Ядро, которое должно меня убить, еще не отлито». Генералу Пажолю, заслуга которого в этой победе была очень велика, Наполеон сказал: «Если бы все генералы служили мне так, как вы, враг не вошел бы во Францию».

Своими четырнадцатью победами, одержанными в этой шестидневной кампании над неприятелем с шестикратным численным превосходством, Наполеон доказал правильность своей теории, согласно которой «опасность поднимает моральный дух французов». Но если опасность воодушевляла французов, то сам император служил им примером отважного воина, не поддающегося отчаянию.