Так под давлением окружающих, хотя он мог выбирать между Италией, Корсикой, он устремил взгляд на маленький клочок земли, где мы его и находим. Но, пренебрегая собственными интересами, он долго оспаривал права тех, кто будет его сопровождать. Это были генералы Бертран и Друо, генерал Камброни, барон Жерминовский, кавалер Мале, капитаны артиллерии Корнель и Рауль, капитаны от инфантерии Лубер, Ламуретт, Юро и Комби; наконец, капитаны польских уланов Балийский и Шульг. Эти офицеры командовали четырьмястами человек, набранных из гренадеров и стрелков старой гвардии, добившихся разрешения сопровождать в ссылку своего императора.
Наполеон заранее оговорил, что в случае возвращения во Францию каждый из них сохраняет все права гражданства.
Это было 3 мая 1814 года. В шесть часов вечера фрегат бросил якорь на рейде Порто-Феррайо. Генерал Далесм, который еще командовал там от имени Франции, взошел на корабль, чтобы отдать Наполеону воинские почести. Граф Друо, назначенный губернатором острова, явился подтвердить свои полномочия и принять в подчинение форты Порто-Феррайо.
Барон Жерминовский, назначенный военным комендантом, сопровождал его, так же как и шевалье Байон, каптенармус дворца, чтобы приготовить покои его величества.
В тот же вечер все власти, духовенство и выдающиеся граждане добровольной депутацией взошли на борт фрегата и были приняты императором.
На следующий день, 4-го утром, войсковое отделение внесло в город новое знамя, принятое императором. До тех пор оно было только знаменем острова. Его украшением были три золотые пчелы. Его утвердили на стенах форта Этуаль под звуки артиллерийского салюта. Английский фрегат в свою очередь отсалютовал ему, как и все суда, находившиеся в порту.
К двум часам Наполеон сошел на берег со всей своей свитой. В момент, когда он ступил на остров, ему салютовали сто одним пушечным выстрелом; грохотала артиллерия фортов, ей ответил английский фрегат 24 выстрелами и криками: «Виват!»
Император был в простой форме полковника; он заменил на своей шляпе красно-белую кокарду острова на трехцветную.
Перед входом в город он был встречен властями, духовными лицами, судебными чинами. Впереди стоял мэр с ключами от Порто-Феррайо на серебряном подносе. Вся служба гарнизона выстроилась в почетном карауле, а за ней, тесня друг друга, собирались не только жители столицы, но и всех городков и деревень острова. Они не могли поверить, что им, простым рыбакам, дан в короли человек, чье могущество, имя и деяния вновь напомнили миру о том, что он существует. Что до Наполеона, он был спокоен, расслаблен и почти весел.
После короткого ответа мэру он со свитой отправился в собор, где пели «Те Деум»; затем, выйдя из церкви, он вошел в здание мэрии. Здесь ему предстояло жить.
В этот же день генерал Далесм опубликовал обращение, составленное самим Наполеоном:
