Когда мужчины успокоились, офицер серьезным голосом продолжил:
– Но, господа, торговля – не только то, чем мы славимся, она – один из составляющих нашей национальной гордости. Все, что покрыто нашим стягом, может быть только превосходного качества. Посему мы должны быть уверены в высоком качестве товара, который Фортуне продала этому знаменитому иностранцу. Поэтому-то я требую, чтобы все убедились сами – во избежание возможного сомнения – и сравнили предмет, который и Сара могла при случае предложить генералу Гурго…
Весь трактир заревел от радости.
Послушная Фортуне задрала длинную юбку выше пояса, и каждый из присутствующих смог убедиться в том, что Англии в этом вопросе краснеть не приходится…
Моряки захлопали в ладоши, а затем потребовали Сару. Та встала рядом с Фортуне, и обе девицы с пленительными улыбками предъявили публике свои сокровища.
В зале наступило молчание.
Присутствующие озадаченно старались сделать правильный выбор из двух предъявленных им прелестей.
Наконец кто-то крикнул:
– Ура Фортуне!
Но потом другой воскликнул:
– Ура Саре!
Это означало, что мнения разделились. Расхождение во мнениях, возможно, сохранило бы дружественный характер, если бы женщинам не пришла в голову глупая мысль проявить свою злость, угостив друг дружку звонкими оплеухами.
Это было сигналом к всеобщей потасовке.
И пока негритянки катались по полу, моряки, разделившись на две группы, со знанием дела стали калечить друг друга бутылками, кружками и табуретками.
Результатом побоища стали трое убитых, двадцать один раненый и огромный материальный ущерб заведения.
Что же касается Фортуне и Сары, то они, ослепленные злобой, всячески наносили ущерб прелестям противной стороны.
В конце потасовки они были в жалком состоянии. У одной был надкушен сосок левой груди, а из правой ягодицы другой торчала вилка…»
По вине генерала Гурго Англия потеряла два великолепных образца экспортного товара.
