Стараясь понравиться Даше, Наполеончик лукавил, играя не свойственные ему роли. Сегодня он один, завтра - совершенно другой. И это не зависело от ситуации. В его поступках была какая-то двойственность. В голосе, несмотря на весь пафос, не было искренности. На вопросы он отвечал всегда уклончиво. И эта его уклончивость и бессмысленное бахвальство раздражало Дашу.
Она никогда не знала, правду ли говорит Наполеончик, и не разный ли смысл она и он вкладывают в одни и те же слова. Находясь рядом с ним, Даша была в каком-то напряжении, потому что никогда не могла предвидеть его поступков. Его мысли, реакция всегда были неожиданные и отнюдь не радовали её.
Однажды Наполеончик нашёл дневник своей сестры, в котором она описывала свои романтические приключения. Прочитав его, он с пренебрежительной насмешливость, стал отзываться о чувствах сестрицы.
- Читать и распространять содержание чужих дневников, как и писем весьма не красиво, - заметила Даша.
- Она моя сестра! - отрезал Наполеончик.
- Зачем ты мне это рассказываешь?
Наполеончик пожал плечами.
Даша развернулась и ушла. Несколько дней Наполеончик не встречал её после занятий. Она вздохнула с облегчением.
Не прошло и недели, как Наполеончик снова ждал её после занятий. Увидев его, у Даши испортилось настроение.
Не замечая её состояния, Наполеочик заговорил, громко, чтобы все слышали:
- Ты представляешь, как мне завидуют друзья! Вон Серёга - такой красавец, да и Игорёк - тоже ничего себе парень! И без подружек! А я вот отхватил! Какую деваху! Красавицу! Любо-дорого посмотреть!
Наполеончик хотел обнять Дашу, но та оттолкнула его:
- Ты что? Пьян?
- Трезв! Как стёклышко!
И Наполеончик дыхнул ей в лицо.
Даше было стыдно за его поведение и обидно, что он так её позорит перед подружками.
- Прекрати паясничать! - зло проговорила она.
- Ты чё? - не понял Наполеончик.
- Твой спектакль слишком пошлый.
От неожиданного поворота у Наполеончика отвисла челюсть его огромного рта, и он стал похож на идиота. Глядя на него, Дашины подружки рассмеялись и, подхватив её под руки, ушли.
На душе у Наполеончика стало прескверно. Но почему? Он не знал. Также не мог понять, почему разозлилась Даша и над чем смеялись её подруги?
Наполеончик испытывал чувство отверженности и бессильного негодования. Его съедало уязвлённое самолюбие. Несколько дней он терзался в одиночестве, не зная, куда девать себя. Любовное огорчение, угрызения совести его не так задевали, как рана, нанесённая его тщеславию.
Наполеончику не выносимо было одиночество. Он нуждался в Даше. Но она была для него недосягаема. Он же был слишком горд, чтобы вернуть себе ее расположение, попытаться оправдать своё поведение.
- Я люблю её! Привык к ней, не хочу расставаться, - жаловался он сестрице.
Видя, что братец потерял голову от любви к Даше, его сестрица возненавидела её. Понимая, что отговорить братца не удастся, она решила унизить Дашу в его глазах. Замыслила погубить её с тем, чтобы братец от восхищения к ней перешёл к презрению.
- Давай пригласим её на мою свадьбу, - посоветовала сестрица братцу.
Эта идея показалась Наполеончику замечательной, и он окрылённый помчался встречать Дашу.
Прекрасно, когда человек умеет быстро и мужественно признавать свои ошибки.
Но, к сожалению, Наполеончик, считая себя всегда во всём правым, свои ошибки сваливал на другого человека.
Дашу задела его пренебрежительная самоуверенность, с которой он начал свою речь.
- Ты - злой эгоист! Любишь бесноваться в порыве притворных страстей. У тебя натура комедианта. Если хочешь, чтобы я тебя выслушала, перестань паясничать.
Наполеончик был не в состоянии выслушивать упрёки - приступ раскаяния прошёл. Мелкое тщеславие взяло верх. Он отвечал язвительными усмешками. Его тон стал оскорбительным. Стремясь высмеять и унизить Дашу, он начал злиться. Разозлившись, стал ей угрожать.
- Я забыла, что говорю с умалишённым, - ответила Даша на его угрозы.
Через несколько дней к Даше пожаловала сестрица с приглашением на её свадьбу. Тупость, низость и пошлость Наполеончика для Даши были не выносимыми. Честнее было бы пойти на неизбежный разрыв отношений с этой семейкой, но она согласилась прийти на свадьбу.
Свадьба началась вполне благопристойно. Наполеончик попросил у Даши прощения, но как выяснилось позже, его раскаяние не было искренним. За дымкой лирической грусти Наполеончика тлел огонёк коварства.
Когда гости расслабились и повеселели от выпитого и съеденного ими, начались игры, обычные в свадебном ритуале.
Даша заметила на лице Наполеончика на мгновение ожившую пренебрежительную усмешку. Зная Наполеончика, как ветреного и тщеславного типа, который не любил думать о последствиях своих поступков, она решила не принимать участия в играх.
Но Наполеончик схватил Дашу за руку и потянул в круг. Она вырвала руку и посмотрела ему в глаза. Его смутил её пристальный взгляд, но через мгновение он уже надел на себя личину наивности - испытанное средство плутов.
Даша вышла из круга, обдумывая, как ей уйти с этого торжества.
