Наполеоновские войны: что, если?.. полностью

Впрочем, республиканские военачальники не видели в том большой беды. Жан Бон Сен-Андре, руководивший морским ведомством во времена Директории и Консульства, сформулировал задачи флота весьма по-революционному: «Пренебрегая, сознательно и по расчету, искусными эволюциями, наши моряки найдут, быть может, более приличным и полезным стараться сваливаться с противником на абордаж в таких схватках, в которых француз всегда был победителем, и таким образом удивить Европу новыми доблестными подвигами».

Чуть позже Наполеон выразился еще лаконичнее: «Англичане сильно присмиреют, когда Франция будет иметь одного или двух адмиралов, желающих умереть».

«Раз Его Величество думает, что от морского офицера для успешного прохождения службы не требуется ничего, кроме смелости и решительности, то мне ничего не остается более желать», – только и смог ответить на это командующий французским флотом адмирал Вильнев. Памятуя о дальнейшей судьбе этого злосчастного флотоводца, невозможно не вспомнить другую фразу, произнесенную почти полтора века спустя адмиралом Редером, но звучащую весьма сходно: «Германский флот не сможет сделать больше, чем просто показать, что он знает, как умереть отважно».

Таким образом, отсутствие активных (не говоря уже об успешности) морских операций приводило к постепенной деградации флота. Упадку флота способствовала и жесткая блокада континентального побережья, установленная Англией. Британские крейсеры стерегли выходы из всех основных портов Франции. Они не только препятствовали каботажному плаванию, но и не давали французам ни малейшего шанса скрытно вывести свой флот в море. Последнее тоже в немалой степени способствовало бездействию французских военно-морских сил, к тому же имевших серьезные затруднения со снабжением.

«Снабжение военных портов даже французскими же продуктами производилось тогда главным образом при посредстве судов прибрежного плавания, и портам этим постоянно приходилось терпеть затруднения, доводившие их иногда до полной несостоятельности, от неутомимых в своем старании неприятельских судов, напоминающих своей деятельностью рассказы об испанских гверильясах в их предприятиях против обозов и коммуникационных линий французских армий в Пиренейскую войну» (А.Т. Мэхэн. «Влияние морской силы на Французскую революцию и Империю»).

Впрочем, у английского флота тоже имелись свои проблемы. На сухопутном театре войска союзников терпели поражения за поражением, и невозможность как-то повлиять на события сама по себе воспринималась чувствительной пощечиной британскому самолюбию. Тем временем могущественный флот Великобритании занимался рутинными делами – проводкой караванов, действиями против остатков французских сил в колониях и патрулированием вдоль французского побережья. Моряки были принуждены безучастно наблюдать далеко не вдохновляющий ход событий на материке, не имея возможности встретиться с противником в генеральном бою что тоже серьезно подрывало их веру в собственные силы.

После отставки адмирала Хоу от командования флотом Канала, новым командиром был назначен адмирал Бридпорт. Его главная квартира располагалась в Спитхэде, где, как правило, находилась в зимнее время основная часть британского флота. В течение всей зимы в море действовала лишь приблизительно четвертая его часть – то есть семь-восемь линейных кораблей и несколько фрегатов. Эти суда вели крейсерство к западу от острова Уэссап и у входа в Английский канал, периодически возвращаясь в Спитхэд для замены. Остальная часть флота находилась в базе в высокой степени готовности, и по получении известия о выходе французских главных сил должна была двигаться им навстречу.