Король поднялся с места, подошёл к стулу Дианы и положил тяжёлую руку на её плечо. Предчувствуя неприятности, она сжалась от его прикосновения... «При всех многочисленных достоинствах твоей средней дочери, Хуан, – продолжил говорить Ричард, – у неё имеется один существенный недостаток – страстная жажда власти! Эта пагубная страсть привела Диану в Северное Королевство около года тому назад. Все считают, что она выбрала неудачное время для поездки к потенциальному жениху. Ничуть не бывало! Княжна устремилась в столицу Королевства сразу после того, как узнала о гибели моих родителей. Она рвалась в Роял Стронгхолд, чтобы не опоздать к раздаче призов дворянам, лояльным к законной власти. Своенравная Княжна пожертвовала своими слугами, страшно рисковала в дороге, а затем и в королевской тюрьме. Удача осталась на стороне Дианы. По удивительному стечению обстоятельств она познакомилась с Принцем, в одночасье ставшим Властителем Северного Королевства. Тонко чувствуя ситуацию, Диана не лезла напролом. Она понимала, что этим только оттолкнёт Его Величество. Княжна была рядом, и во дворце, и в бою, заслужив почёт и уважение. Справедливо полагая, что Король не спешит связывать себя брачными узами, прекрасная Диана начала задумываться о браке с братом Его Величества, Герцогом Генрихом Нордбургским, недвусмысленно оказывавшим ей знаки внимания. При этом она вовсе не планировала надолго покидать Короля. Теперь, когда её отец отрёкся от княжеского престола, в душе Княжны страстно пылает новая идея... Никто не вправе осуждать человека за особенности его мечты. Но, скажи мне, Диана, разве готова ты делить идущую к тебе в руки власть с кем бы то ни было?»
- Вы правы, Ваше Величество! – после длительной паузы со стоном произнесла она и сжала руку Короля на своём плече. – Я не готова к испытанию властью, не заслуживаю народной любви, не хочу делить свои права и даже искренне радоваться вместе с близкими людьми! Мне давно следовало поведать Вам о своих внутренних проблемах. Но даже ими делиться я не в силах... Что же теперь делать страстной и своевольной Княжне, мой Король? Наложить на себя руки?
- Думать, страдать и сострадать, учиться Вере и любви, надеяться... А принявший на себя ответственность за твою жизнь, своенравный Король пока не готов отдать тебя кому бы то ни было, даже замуж, – свободной рукой Ричард достал из кармана ожерелье белого жемчуга с единственной чёрной жемчужиной. – Всё, что я могу предложить тебе на выбор – остаться в родительском доме или поменять одно ожерелье на другое. Решай!
- Какое оно светлое, оказывается!.. Вы слишком добры ко мне, мой Король... Такую сучку, как я, надо было давно казнить к лешему! – задумчиво проговорила Диана. Она заглянула в глаза Ричарда, поцеловала его руку, забрала из неё ожерелье, а затем вложила туда своё прежнее украшение и обратилась к Генриху: – Прошу прощения, Герцог, но я не могу принять Ваше щедрое предложение. Его Величество считает, что я не готова к ответственной, самостоятельной жизни, и он прав... А Вас, Генри, я прошу обратить внимание на мою младшую сестру. Поверьте, она заслуживает счастья в большей степени...
Ричард не позволил Диане договорить, крепко сжав женское плечо. Она глубоко вздохнула, прижала ладонь Короля к своей щеке и… отпустила монарха к своей сестре. Та заволновалась, но Его Величество ласково погладил девушку по голове и мягко произнёс: «Прежде, чем принимать решения, направляющие нашу жизнь в определённое русло на годы вперёд, необходимо расставить все точки над «i». Только поэтому нам придётся поговорить и о тебе, девочка... Князь не желает высказаться?» Пытаясь сосредоточиться, Хуан посмотрел на Ричарда с тяжким сомнением и перевёл взгляд на Кончиту.
Впервые в жизни она спокойно выдержала его тяжёлый взгляд и уверенно кивнула. Князь удивлённо покачал головой и заговорил: «Хуанита – моя младшая и… самая любимая дочь. И пусть между нами нет кровного родства...» По гостиной пролетел сдержанный гул, но Хуан спокойно продолжил свою речь: «Я взял в жёны Кончиту, отбив её у настойчивого ухажёра в южных землях континента. Там действуют свои правила и соблюдаются своеобразные традиции... Мне пришлось убить на дуэли одного парня, а затем и двух его братьев. Погибший, несостоявшийся жених – кровный отец Хуаниты. Я не был уверен, но почувствовал это через месяц после рождения девочки. Претензий к её матери у меня не возникло. Она не могла противостоять насилию в жестоких условиях своей родины, где честь и здоровье женщины ничего не значат... Впрочем, сейчас не об этом... Я растил Хуаниту, как родную дочь. Титул Княжны она носит по праву».
- Спасибо, папа! – тихо проговорила младшая Княжна, размякшая под рукой Ричарда, продолжавшего поглаживать её волосы.
- Благодарю тебя, Хуан! – с чувством произнёс Король. – Выход из положения нашёлся бы в любом случае, но твои слова внушают оптимизм... Теперь я уверен, что мы на правильном пути, и снова предлагаю сосредоточить власть в руках Эйны со стороны Княжества и Графини Шарлиз, как моего личного представителя.
