Большой кабинет с единственным столом, окруженным грубо сколоченными полками с десятками мониторов, придвинутых вплотную друг к другу, выглядел временным пристанищем, но никак не местом, где нынешний хозяин собрался остаться надолго. Мягкие ковры почти не просматривались под нагромождением аппаратуры и электрических кабелей, часть которых бесхитростно выходили на улицу прямо через окно. Декоративный камин у стены слева оказался завален сумками, часть из которых была раскрыта, демонстрируя одежду — белье и аккуратно свернутые рубашки. Более-менее можно было пройти непосредственно рядом со столом и у барной стойки возле левой от стола стены.
— Ты кто? — окликнул строгий голос из-за стойки с мониторами, в щель между двумя из них глянул нахмурившийся глаз.
— Воду принес, — обняв пачку так, чтобы было видно мои руки, успокоил я местного хозяина.
— Кидай у барной стойки, — потерял он интерес, продолжив деловито щелкать по клавиатуре.
— Ага, — улыбнулся я ему и еще немного приблизился к своей цели.
Со звучным хрустом полиэтилен упаковки был разорван, а бутылки разложены в ряд — медленно, чтобы привлеченный звуком босс вновь потерял ко мне интерес. Тихонько выудил алую бабочку из кармана шорт, приладил под воротник рубашки и внимательно оглядел в зеркале барной стойки — нормально, можно работать.
Забрав с собой одну бутылку и прозрачный бокал, я не спеша направился к столу, с интересом оглядывая главного крыса — теперь этому ничего не мешало, полки с мониторами не перекрывали обзор. И на главного крыса он совсем не был похож — так же, как и на злодея или грабителя. Обычный парень лет двадцати, ужасно усталый, с серыми от недосыпа глазами — почти как у меня, если не посплю еще денька два-три. Закатав рукава некогда белоснежной рубашки, сосредоточенно набивает какой-то текст на экране ноутбука, то и дело поглядывая на один из экранов с черно-белой картинкой. Пригляделся: на каждом мониторе — часть внутри здания или площади перед ним. Иногда картинка движется, словно камера закреплена на низко летящей птице, а порой на ней нет ничего, кроме мерцания белого шума. И ни одного изображения стопок с деньгами или небрежно сваленных в кучу сокровищ. Даже в кабинете я не заметил ни единой купюры. Впрочем, это не отменяет преступления против меня и моей семьи.
— Я же сказал… — раздраженно произнес Валентин Андреевич, заметив меня рядом с собой.
Но я уже аккуратно наполнял бокал, поставив его на стол. Виновато пожал плечами и подвинул сосуд парню.
— А теперь — вон, — недовольно буркнул он, соизволив мельком глянуть на воду и вновь вернувшись к тексту.
— Мог бы и спасибо сказать, — посетовал я, перемещая огонек звезды в правую ладонь.
— Что? — дернулся тот в начальственном рыке, но был слегка придавлен мною за шею левой рукой, с одновременным выплеском Любопытства.
— Вежливость, Валентин, — повторил я, еще одним всполохом своего дара препятствуя его попытке вызвать силу, — а еще честность и благородство.
В моей правой руке вспыхнула звездочка и, сопровождаемая ладонью, проплыла к бокалу с водой. А затем медленно погрузилась в середину бокала, расцвечивая стекло красивыми всполохами. Звезде все равно, где обитать, — она хоть и дальняя родственница моему дару, но некогда спокойно прошла через мое тело.
Парень затравленно сжался в кресле, глядя то на меня, то на бокал.
— Ч-что тебе нужно? — выдавил он из себя, получив новый разряд за подозрительное движение руками под столом.
— Пей, не стесняйся, — дружелюбно предложил я.
— Я н-не буду это пить! — громко возмутился босс.
— Тогда я просто тебя убью, — улыбнулся я в ответ, поднося бокал к его губам. — Ну же, не заставляй меня выбить тебе зубы этим замечательным стеклом. Ам?
Немного уговоров и электричества — и глоток со звездочкой легко проскочил внутрь организма.
— Вот видишь, ничего страшного, — похлопал я его по щеке освободившейся от бокала рукой. — Не делай резких движений, и звезда не сожжет твои внутренности. Потом я ее уберу, не переживай.
Левой рукой, по-прежнему лежащей на его шее, «настроился» на расстояние до звездочки — в самом деле, мне совсем не хотелось делать больно этому человеку, но мне нужна была гарантия его разумного поведения.
— И что я должен сделать? — задышал он громко.
— Мне нужна связь с твоим хозяином, — сохраняя спокойствие, сообщил ему условия, кивнув в сторону экрана.
Сотовой связи в городе не было, аппараты в общем зале контролировались — наверняка как и звонки по ним. У рядового персонала вряд ли был выход на тех, кто имел право принимать решения, зато у хозяина кабинета определенно имелась связь — вон светится зеленым в правом нижнем углу монитора знакомая пиктограмма.
— У меня нет хозяина!
— Это ты так думаешь, — хмыкнул я. — Покажи контакт-лист.
Чуть дрожащей рукой, пару раз скривившись от боли в желудке, парень вывел на экран окно интернет-телефона.
