Напряжение растет полностью

— Собирайся, — устало сказал Сергей Михайлович внуку. — Мы уходим.

Больше не было воли и сил.

— Так быстро? — нейтрально произнесла женщина. — У нас скоро ужин, и главное блюдо само просится на стол.

— Тут готовят отличные вареники, — с надеждой посмотрел Игорь. — Вера Андреевна — настоящий мастер!

Да, люди рангом меньше не всплывают через тринадцать лет… Только почему Вера?..

— Вы, наверное, что-то хотели? — улыбнулся в тридцать два белых зуба старик.

— Поздравить Максима, — выдохнул князь, опустив плечи.

— Красавица, позовешь нашего внука?

— Да, конечно.

Князя качнуло от навалившейся усталости и отчаяния… Кто может быть родовит настолько же, как Юсупов? Юсупов и может…

— Он сейчас с Томой Шуваловой с дельфинами разбирается. Скоро освободится, — произнесла Борецкая через пару минут.

Шуваловы тоже здесь… Он действительно опоздал. Только непонятно когда. Два дня или тринадцать лет назад…

В небольшое помещение на втором этаже, бывшее, судя по мебели, незаселенной комнатой, князь вошел на негнущихся ногах. Сел на деревянный массив кровати и стал думать, что можно будет продать… Или отдать, чтобы получить станцию и комбинат… Но Юсуповы не отдадут. Заберут — точно, но не отдадут ничего взамен. Это если выпустят его из дома живым. Еще Игорь в заложниках. Темные времена.

— Добрый вечер, — показалась из приоткрытой двери голова, а затем в комнату вошел сам виновник торжества. — Прошу прощения, небольшое чепэ с дельфинами.

— А? — вздрогнул Долгорукий, выплывая из черных мыслей.

— Федор упал к дельфинам, Тома упала к дельфинам, сестры упали к дельфинам, ну и я тоже упал к дельфинам, — бодро отрапортовал Максим Самойлов, садясь на стул и приглаживая мокрые волосы. — Игорь тоже хотел упасть к дельфинам, но эту трагедию удалось предотвратить.

— Ясно, — устало произнес старый князь и с силой провел по лицу. — Максим, я…

Не было готовой фразы, а речь, придуманная еще в городе, с аргументами и доводами, да еще подкрепленная Силой, сейчас оказалась неуместной.

Парень сидел тихо, терпеливо ожидая продолжения, глядел серьезно, но без тени страха. Просто — как младший на обычного пожилого человека, уважаемого за возраст. Совсем скоро, когда княжество отнимут, Сергей Михайлович именно таким и станет. Если выживет.

И тут князя прорвало. Не криком и яростью — а простой, будничной речью, в которой он рисовал перспективы мрачного будущего. Обычная правда, скупая и страшная. Неизбежность, которую человек с его опытом может предсказать получше любого пророка. Он не жаловался, нет. Жаловаться мальчишке? До такого безумия князь не дошел. Будет война, но потерь не избежать и другой стороне. Долгорукие не сдадутся. И пусть его сын Александр Сергеевич больше не «мастер», а сам он чувствует, что больше не «виртуоз», в клане еще много людей сильных и храбрых, готовых положить свою жизнь за жизни и счастье близких.

Речь приободрила даже его самого, вырвав из нахлынувшей тоски.

А ответные слова мальчишки вдохнули надежду.

— Ну как? — Возле дверей ждал якобы проходивший мимо старик.

— Все нормально. — Максим кивнул им и отправился на первый этаж.

— Я признателен вашему внуку, — низко поклонился Сергей Михайлович Юсупову.

Но был остановлен в середине поклона.

— Пойдем поужинаем.

— Приношу извинения, но дела…

— Подождут. — Юсупов подхватил его под локоток и повел по галерее второго этажа.

Но не к ближней лестнице, по которой ушел Максим, а к дальней.

Которая как минимум была дальше даже от кухни.

— Федор, теперь у нас есть свой телеканал! — звонко и торжественно поделились радостью внизу. — И это будет лучший канал во всем мире! Только мультфильмы, и никаких скучных новостей! А еще — газета и радиостанция!

— Ю-ху! — вторили счастливые детские голоса.

— Срочно покупаем контрольный пакет акций «Ну, погоди!».

— Я не обманывал вашего внука, — поспешил объясниться Сергей Михайлович. — Это медиахолдинг федерального уровня. Еще он получит молочный комбинат полного цикла, с фермами и собственными магазинами, и…

— Я ему доверяю, — кивнул как чему-то само собой разумеющемуся Юсупов.

— Тогда в чем…

— Есть небезынтересная мысль, которой хотелось бы поделиться. Как вы считаете, если на один сильный клан, ослабевший ввиду определенных факторов, нападут… А нападут, как бы вы ни юлили, уж поверьте…

Долгорукий дернулся и неприязненно посмотрел на соседа.

— …и после объявления открытой войны вы покажете союзный договор со скромной сибирской семьей, подписанный еще до войны…

Неприязненность сменилась задумчивостью.

— Как быстро утихнет эта камарилья, когда в их города придут гроза и тайфун? И как быстро мы перебьем их по одному, чтобы переплавить шакалье золото в благородные слитки с нашими гербами?

— Шуйские в союзе?

— Обойдемся без них, — уверенно произнес старик. — Серьезные силы против нас не выступят, мы отговорим наших друзей от гибельного альянса. А остальных… Не жалко.

— Каковы ваши условия? — не торопился спускаться по лестнице Долгорукий.

— Девяносто процентов — наше.

— Восемьдесят. И покрытие ущерба первых дней войны.