— Говори как есть, — развел я руками. — Можно валом слов, можно эмоциями, можно без имен.
— Да не все так скверно, чтобы одним эмоциям быть. Но и без них никак, — завозился на месте друг. — Маятно просто… В общем, что ты знаешь про закрытые клубы?
— Смотря какие. Это ближе к студенческим братствам или религиозным орденам?
— Скорее первое, — задумавшись, качнул головой Шуйский. — Никаких ритуалов, все вокруг университета. Приглашают не всех, опять же — тайна, закрытые вечеринки для своих. Потом студенты вырастают, становятся князьями и крупными чиновниками, судейскими стряпчими и высшей имперской аристократией. Клуб при этом остается на месте. Знаешь, вроде смотришь со стороны — ну ничего не связывает двух людей, кроме одного университета. А потом — оп! — и имперская судебная тяжба не в твою пользу, по каким-то косвенным доказательствам… Или вон, к примеру…
— Я понял, — оборвал я его. — Так что случилось-то?
— Зовут в клуб, — поджал он зубами нижнюю губу. — Меня как княжича. Девушку тоже можно взять с собой. Веру то есть.
— Это хорошо? — осторожно уточнил я.
— Это очень, невероятно хорошо, — согласился он. — Но один ритуал в этом клубе все-таки есть. Посвящение, испытание. Короче, надо ограбить банк, — выдохнул он, словно в воду холодную нырнул.
— О, так я могу посоветовать хорошего специалиста! Если мы сложимся, то два тоннеля точно будут со скидкой!
— Разбойное ограбление, Максим, — покачал головой Артем, — среди бела дня.
— Они с ума сошли — такое предлагать? — недоуменно посмотрел я на друга. — Это же имперское преступление!
Потому что деньги — это всегда очень серьезно.
— Клуб элитарный, — произнес он, словно через зубную боль. — Ощущение вседозволенности… быть хищником… и другой бред.
— Смахивает на подставу.
— А то я не вижу, — с усталостью, говорящей о многих размышлениях на эту тему, отозвался Шуйский. — Говорят, что банк принадлежит простолюдину — какому-то купцу из шестой тысячи, и возможные последствия они замнут.
— Банк — в Москве? — сделал я важное уточнение.
— В Москве. Не в центре, но и не на окраине.
— Купец из шестой тысячи? — с иронией уточнил я.
Банки — это очень большие деньги. Чужие в основном, а значит, их не доверят абы кому. И если встречается исключение, то выводы могут быть как о качестве этих денег, так и об истинных хозяевах банка.
— Я тоже это вижу, — хлопнул Артем по подлокотнику. — Но не могу отказать.
— Не можешь или уже не смог?
— Уже… — как-то обескураженно пробормотал друг. — Так получилось. Перспективы действительно громадны, — принялся он оправдывать свое решение передо мной. — Такого шанса не бывает во второй раз! Плюс я пойду не один, там будут еще кандидаты.
— Из равных тебе по титулу?
— Смеешься? Равные уже в клубе… Но некоторые господа — из весьма уважаемых семейств. — Артем задумался, стоит ли говорить, но все же произнес: — Пашку помнишь? Вот он тоже пойдет. И еще пара ребят.
— Пашка-то как? — сдержанно удивился я. — Он же плотно под Черниговскими.
— Да те уже в клубе, почти самые главные, — пожал друг плечами. — Видимо, к себе через испытание тащат.
— Девушек с собой берете? — пока напряженно думал, озвучил я пустяк.
— Нет, они пойдут довеском.
— Что от меня нужно? — спросил я напрямик.
— Совет… Не знаю… — как-то даже расклеился Артем. — Мне запрещено просить помощи у клана, и я дал в этом свое слово. Даже аналитиков — и тех не привлечь.
— Давай так, — сосредоточился я. — Ситуация мутная. Отказаться не можешь. Новое задание не дадут. Все верно?
— Абсолютно.
— Если все сорвется и вас повяжут, будет на тебе имперское преступление.
— Так.
— Последствия для тебя? — уточнил я крайне важное.
— Не могу сказать точно, — постучал он пальцами по деревянному подлокотнику. — Плаха для остальных — без вариантов. Пашку, может, еще откупят. Меня не тронут, — все же ответил он, но без уверенности.
— А если это ограбление не сможет произойти? — сдержанно улыбнулся я.
— Как это? Если мы все струсим?
— Нет, — терпеливо ответил я, — если, к примеру, этот банк случайно ограбят на день раньше.
И лукавая улыбка была мне ответом.
— Я думаю, им все же придется придумать что-то другое, — выдохнул он с облегчением. — Вот ведь… ответ же на поверхности! Только грабить не надо! Просто прорыв водопровода или там канализации… Максим, ты гений! — совсем уж успокоился Шуйский и, подняв голову, улыбнулся. — А там идти на новое испытание я и отказаться смогу без урона чести.
— Ты же хотел в клуб?
— Да не то чтобы очень… Просто вышло, что согласился, а раз так — то и о перспективах можно подумать, — невольно поморщился Артем.
— Вера при этом была?
— Да при чем тут она! — чуть было не вспылил Шуйский, но мигом успокоился. — Никогда не знаешь, как пойдет разговор… Согласился — и всё. Если выручишь меня с этим — скажу спасибо. Мне, к сожалению, никак лично или через моих людей этого делать нельзя. Засмеют, если вскроется, — чуть беспомощно посмотрел он на меня.
— Не беспокойся, не засмеют, — ответил я с успокаивающей улыбкой. — Все будет хорошо.
