— Это плохо, — не согласился я, тут же поймав внимательный взгляд. — Сейчас он покладистый и готов на все, чтобы замолить перед тобой вину. Потом он снова станет собой.
— Прежним он мне нравился гораздо больше, — вновь задумался о своем друг. — Тем более что мне от него ничего не нужно.
— Знания, — подсказал я осторожно.
Вновь под ногами была тонкая грань, где любая дружба завершается и начинаются семейные интересы — закрытые для посторонних.
— Отец передал достаточно.
— Я полагаю, — стараясь не спешить, начал я, — что существо, способное ради власти убить внука, не станет передавать потомку некоторые навыки. Те самые, что делают потомка сильнее прародителя.
Если будет отповедь — то ровно сейчас. Возможно, болезненная. Однако другу я был обязан подсказать этот путь. Отец Артема не был слаб, но был вынужден прятать своего сына от его деда, не в силах тому ничего противопоставить. Отец Артема также нанял ему учителя со стороны, а значит, был не способен вывести на предельный уровень самостоятельно. Выводы лежали на поверхности.
— Я уточню, — вместо ожидаемой реакции, хмуро кивнул Артем, изрядно удивив.
Мы медленно направились к скамейке. Атмосфера вокруг зримо менялась с тихой на шумную и бурлящую — выходили из университетских корпусов студенты, через край наполняя энергией и жизнью все пространство вокруг себя.
— Второй важный вопрос, — вроде как разобравшись с тяжестью первого, по-прежнему спокойно и уверенно произнес друг, — надо решить с твоим статусом.
— А что с ним не так?
— Столица, — повел Артем плечом. — Это у нас в городе все про всех знают. Тут слишком много людей. Много возможных конфликтов.
— У меня достаточно связей, — намекнул я на то, что в прошлый раз его проблемы пришлось решать мне, а не наоборот.
— Уровень твоих связей гораздо выше досадных неприятностей с дураками. Сам не захочешь их использовать ради мелочей, а жить спокойно ты не способен.
— Я честно постараюсь быть скромнее.
— Да не в скромности дело, — с досадой цокнул Артем. — Вот посмотри сам. Стоит твой холодильник. Рядом ты. Значит, мороженщик. А будет статус — то уважаемый человек рядом с холодильником. Отношение общества — под стать.
— Предлагаешь мне обзавестись охраной, как у тебя? — скептически посмотрел я на плечистых ребят, продолжавших держать нас и подходы в фокусе внимания. — На занятия тоже их брать? — вздохнул я без конфликта в голосе.
— Я от них в ближайшее время сам откажусь. Это, — повел он рукой в сторону охраны, — временно, до получения статуса.
— А быть княжичем уже недостаточно?
— Для особого вида дураков — недостаточно, — к удивлению моему, согласился он. — Особый вид будет вызывать на дуэли, стараться уязвить словесно, но без прямых оскорблений. Словом, это не поможет.
— Тогда о каком статусе идет речь? — слегка запутался я, подумав сначала, что Артем вербует к себе в свиту.
— В конце месяца — столичный экзамен на воинский ранг Силы. При большом скоплении людей. Списки высших рангов во все газеты идут, на телевидение. Подтвержу своего «мастера», и любой смертник меня за километр обходить будет. Так что, Максим, очень прошу — сдай на своего «учителя», и увидишь, что большинство проблем отпадут сами. — Остановившись, он положил руку на мое плечо и внимательно посмотрел мне в глаза. — Я бы очень не хотел, чтобы какой-нибудь высокородный сумасшедший об тебя убился. Криков будет — до небес. Тебе же оно тоже не нужно?
— Я очень внимательно обдумаю этот вопрос, — тщательно взвесив ответ, произнес я.
— Тут думать мало, тут еще именные бланки на аттестацию подать надо вовремя. За подписью князя, между прочим. Эта неделя — крайний срок.
— А можно мне два бланка? — покосился я на Нику.
Напряжение между девушками на скамейке было настолько высоко, что наполнивший дорожки народ не рисковал сесть на свободное место между ними, демонстрируя здоровый инстинкт самосохранения.
— Бланки на ранги от «учителя» и выше, остальным можно обычным порядком, — уловив направление моего взгляда, сказал друг.
— Так можно мне два бланка?
Артем посмотрел недоверчиво сначала на меня, потом на Нику, но все же кивнул.
— Вера! — окликнул он свою девушку, и та покладисто помахала ручкой, сияя улыбкой и изображая саму безобидность.
— Ника, холодильник тырят! — обратил я внимание на опасные поползновения студенческой братии, обнаружившей вещь без присмотра. От окрика те сбежали сами.
А напряжение меж девушками под нашим вниманием тут же схлынуло. Вернее, тщательно замаскировалось за летними улыбками и кроткими взглядами.
Правда, обрадовались этому не только мы. К дамам тут же двинулись два каких-то молодых типа с цветами наперевес.
Первый букет роз от патлатого студента курса эдак третьего достался Вере, заставив Артема возмущенно засопеть и прибавить в шаге.
— Ну, она ж звезда ТВ. Это нормально, — поспешил я его успокоить.
Второй — блондинистый до неприличия, в военной безрукавке, намерился всунуть свой веник Нике.
— А этому я сам шею сверну.
