На какое-то время перед офицером образовалось достаточное расстояние, позволявшее ему произвести несколько маховых, в то же время пустых, ударов по воздуху, отгоняя от себя шестерых оставшихся «полу-бандитов». Воспользовавшись небольшой передышкой, он остановился, чтобы перевести разгорячившийся дух и определиться с дальнейшими действиями.
Мария в это время, сняв с себя порванные колготки, нашла в салоне металлическую полудюймовую трубку, имевшую размер чуть более полуметра, выпрыгнула ловко наружу и, встав рядом со своим невольным защитником, приготовилась вместе с ним продолжать боевое сопротивление. Спецназовец осмотрел внезапно пришедшую ему на подмогу помощницу, недоверчиво ухмыльнулся, но ничего не сказал, предоставив случаю самому рассудить, какой из этого выйдет в будущем толк.
В тот же миг шестерка бешенных «отморозков» бросилась на обоих отважных героев. Одного взяла на себя Вихрева. Неумело махая своим орудием, она все-таки умудрилась попасть ему по рукам. Тот взвыл от боли, предоставив девушке возможность ударить его и по голове. Когда он согнул корпус, обхватив поврежденную голову своими ладонями, путана принялась многочисленно и безостановочно колотить его по спине, пока он не упал, но и там она, все более распаляясь, никак не могла прекратить его избивать, продолжая уже ногами безжалостно пинать свою жертву.
Спецназовец в то же самое время с легкостью расправился с остальными подростками. Одному перебил кадык, второму плечи, третьему ключицу, четвертого попросту отправил в нокаут ударом в голову, ну, а пятому, не долго думая, сломал оба бедра. Затем всем, кто был еще в «памяти», он применил различные приемы по выведению из сознания, в основном перебивая сонную артерию и заднюю часть затылка.
Закончив привычную для себя боевую работу, он оттащил от противника обезумившую Марию и, приведя ее в чувство легкой пощечиной, предложил пройти к нему на съемную квартиру, где можно было привести себя в порядок и несколько успокоиться. Так завязалась дружба между двумя этими, совершенно разного положения в обществе, чужими людьми, постепенно перераставшая в нечто большее. Офицер совершенно нормально отнесся к тому, что девушка оказалась путаной. Это обстоятельство его ничуть не смутило, напротив, он принял это известие даже с каким-то сочувствием, прекрасно понимая, что у Марии после детского дома не было никакого другого, более достойного, выбора.
Каждый раз, возвращаясь из далеких командировок, Иван «покупал» полюбившуюся ему проститутку не менее чем на сутки, все больше к ней привыкая и неотвратимо сближаясь. Как уже говорилось, во время этих встреч, кроме всего прочего, он обучал свою знакомую военному делу, которая постигала его весьма и весьма успешно.
Так прошло четыре года, пролетевших словно один и показавшимися им совсем даже недолгими. Молодые люди давно уже отдавали себе отчет, что очень сильно любят друг друга и им вполне пора узаконить свои отношения, сделав их еще более близкими. Однако у спецназовца была одна необычная для любящего особенность: он не мог ни с кем связать в браке судьбу, пока не обзаведется жильем. Уезжая в последнюю командировку, он сказал тогда, что это последняя, после которой у него появится вся, необходимая, сумма, достаточная для приобретения трехкомнатного жилища, и вот тогда он обязательно сделает своей возлюбленной предложение. Судьба же распорядилась совсем по-другому, переведя офицера специальных подразделений в статус «пропавшего без вести», а Вихреву лишив последней надежды, дающей ей возможность вырваться из этого «ада», в котором она до сих пор пребывала.
Пока Мария спала, погружаясь в воспоминания прошлого, бандиты, увлеченные идеей ее поимки, «бросились» в отчаянную погоню. Точно зная, куда необходимо им ехать, они «влетали» в лесной массив на своих квадр-циклах, двигаясь по уже накатанной ими ранее дороге на скорости никак не меньшей, чем шестьдесят километров. Каждый спешил первым захватить в плен эту позволившую бросить им вызов никчемную «суку».
Атаман, удрученный смертью своего младшего брата и, в то же время, осознавший, что его соратники легко справятся с этой несложной задачей, счел возможным двигаться в конце всего авангарда на самой что ни на есть минимальной скорости, одновременно предаваясь своим невеселым мыслям.
Его сопровождала, единственное, лишь Грета, верная своему долгу – быть всегда подле своего «крутого» избранника. Они ехали молча, так как девушка, зная взрывной характер гражданского мужа, не решалась каким бы то ни было способом прервать его печальную грусть. Она держалась немного поодаль, готовая в любой момент встать подле Борисова.
Внезапно! Прямо впереди себя они услышали громкие крики, ругательства и скрежет железа.
– Это еще что такое? – нахмурив и так сведенные к переносице брови, гневно «бросил» безжалостный атаман. – Что тут, вообще, происходит?
– Я сейчас съезжу узнаю, – поспешила Шульц оказаться полезной.
