На секунду почувствовала себя в деревне у бабушки, сморгнула несколько раз, не позволяя появиться слезам и села за стол. Самой приятно готовить завтрак, но когда кто-то ухаживает еще приятней.
— Вот по рецепту из журнала, — выкладывая на тарелку омлет, счастливо улыбнулась женщина. -
Теперь всегда так буду готовить, очень вкусно.
— Тетушка Тильда, вам лорд Коршен говорил, что у меня проблемы с памятью? — вооружаясь вилкой, задала вопрос, который нужно было задать еще вчера.
— Да, деточка, но ты не переживай! Все наладится, — горячо заверила хозяйка, усаживаясь напротив.
— Лорд Коршен предупредил о твоей проблеме.
— Нет, вы не подумайте, что у меня с головой плохо. Я нормальная. Просто забыла некоторые вещи только и всего, — сказала как можно беспечней и улыбнулась. — Поэтому не удивляйтесь, если я буду задавать странные на ваш взгляд вопросы. Ладно?
— Конечно, спрашивай!
— Вот, например, — я проглотила кусочек омлета и запила чаем, — что такого в этом рецепте? Неужели вы раньше не знали его приготовления?
— Да понимаешь, жарить яйца с молоком никто не додумался. Обычно так только для теста смешивают, а тут взбить и вкусно получается.
— Ну, а яичницу вы ведь жарите?
— Конечно, но это же совсем другой вкус! Знаешь что самое интересное? У нас не принято делиться рецептами, только в кругу семьи, а тут напечатали для всех да еще так вкусно получается, то есть рецепт без обмана! Молодец лорд Фартон так издание обновил. Я уже договорилась с лоточником, чтобы мне два журнала отложил. Жду кулинарную рубрику от Шоко Ладки.
— А роман?
— И роман тоже конечно. Жаль, что он только раз в неделю выходит.
— Зато главы большие.
— Я обязательно соберу книгу, поэтому и покупаю по два журнала. А ты читаешь?
— Тетушка Тильда, я в редакции работаю. Конечно, весь журнал читаю. Все кроме начала. Кстати, вы не в курсе, что там палата лордов приняла?
Госпожа Шаль выразительно махнула рукой, вложив в жест откровенное пренебрежение к решениям лордов. Вот если бы они рецептами делились.
На работу я отправилась пешком, одаривая встречных прохожих счастливой улыбкой. Федя утром не явился, значит, заигрался с ребятами. Не забыть вечером в канцелярский магазин заглянуть прикупить бумаги с карандашами. В плане еды и одежды дети у меня идеальные: ничего «ни нада», а карандаши это мелочь. Бюджетно.
Господа лорды Фартоны уже сидели на рабочих местах. Интересно, почему они раньше меня всегда приходят? Создается впечатление, что и не уходят.
— Ну как тебе новое жилье? — встретил вопросом Риксон.
— Отлично! Хозяйка прелесть!
— Надо полагать тетушка Тильда?
— А ты откуда знаешь? — удивленно охнула я, усаживаясь за стол.
— Кто же не знает госпожу Шаль? — расплылся в улыбке парень. — Она тридцать лет проработала главным королевским поваром во дворце. Мы у нее не раз пирожки воровали.
— О, поэтому она отлично готовит! Погоди, а кто это мы? И откуда воровали? Неужели из королевской кухни?
— Мальчишки, — пожал плечами художник, мечтательно улыбаясь. — В детстве вместе с принцем и
Риннардом мы частенько совершали набеги на кухню. А сейчас Коршун как бы шефство над тетушкой Тильдой взял. Заглядывает к ней частенько, помочь или просто поболтать. Я нисколько не сомневался, что тебя он именно к ней определит на постой.
— Вот это да! Так ты с Риннардом с детства знаком? А сейчас вы как-то сухо общаетесь.
— Нормально общаемся. Просто я журналист теперь, а он гроза преступников страшный и ужасный
Коршун! — расхохотался художник.
Лорд Фартон старший прекрасно слышавший весь разговор, на последнем слове лорда младшего встал, свернул в трубочку газетный лист и чинно прошествовал к нашему столу, держа руки с газетой за спиной. Остановился возле племянника и совершенно неожиданно огрел того трубочкой по макушке.
— Ты что, дядя? — шокировано отпрянул парень, неаристократично вытаращив глаза от удивления.
Видимо ему впервые прилетело. — Что это было вообще?
Я сама удивилась не меньше. Босс никогда не позволял себе даже грубое слово сказать, а не то чтобы драться.
— «Тыдыщ! Дискотека!», — без улыбки серьезно произнес главред и игриво подмигнул мне: — Хорошая штука, кстати. Вполне легально можно повоспитывать неразумную молодежь, — и наклонившись к родственнику, сердито добавил: — Сколько раз говорить, чтобы ты не коверкал фамилию графа
Коршена?
— Так это из-за него я страдаю? — обижено протянул художник, поглаживая затылок.
— Одной дискотеки хватит? — угрожающе помахал в воздухе газеткой босс.
— Ой, дядя! Ой, не могу! — расхохотался племянник. — Признайся, тебе просто очень хотелось сделать «тыдыщ!». Корш… мой друг детства просто повод!
— Ага, перевоспитался! — заметив оговорку в лучшую сторону, по-мальчишески воскликнул лорд.
Я хихикнула. А ведь дядюшке еще пятидесяти нет. Видимо тяжело всегда держать лицо, когда душа молода и просит отчебучить чего-нибудь этакого. В этом кабинете мы как бы связаны одной тайной, да и с нами молодыми разве удержишься от проказ?
