Щупальце указало на окно. Конечно, ушел, что ему делать в саду. Урок закончен, объект удрал.
— Нет, мой дорогой друг. Пусть сам ловит. Еще я за “мужыками” не бегала. Давай работать лучше.
— Сможиш? В таком састаянии
— Нормалек. Ну, убью парочку невест, их там все равно много, а людям развлечение. Как думаешь в пруду утопить или бритвой по горлу и в колодец?
— Астынь иди чай папей пака ни успакоишса рукапис ни дастану и писаку ни дам
— Обложили демоны, — спокойно вздохнула я, чувствуя, что Феде удалось устаканить мои эмоции.
Похоже, фликусы не только поглощают, но при желании и стабилизируют состояние. — Ты прав.
Попью чаю, хозяйку проведаю, — вспомнила, сколько усилий пришлось приложить, чтобы встретиться с Коршуном наедине и махнула рукой. — Ладно, зато поговорили, а у тетушки будет новая шаль.
Спустилась на первый этаж, вошла в кухню включила чайник, работающий на артефакте, и подумала, что настроение как раз соответствует для сцены прощания Сарданы с добрым магистром
Оливером. Заварила в пол литровую кружку крепкого напитка, прихватила пирожок с вареньем и отправилась работать.
«Вот и готово, — сказал магистр, начертав последнюю руну в треугольнике портала. — Очень не хочется расставаться, девочка моя, но надо. Ты главное не забывай, что в мире Марос у тебя есть любящий отец.
— Я никогда вас не забуду, — сглотнув слезы, ответила Сардана. — Тебя, папа. И спасибо за все. И тебе и Уче.
— Да не грустите вы так, — подпрыгнул на плече мага зябл. — Координаты знаете, может, когда и встретитесь еще. Нечего нюни распускать! Жалко конечно, что ты не стала нашей королевой, Сарданка! Радует одно — противная визгливая брюнетка ею тоже не станет.
— Да, кандидатки там остались хорошие. Каждая искренне влюблена. Думаю, принц сумеет из них выбрать достойную жену, — печально улыбнулась девушка.
— Вот и ладненько. Лезь в свой портал. Долгие проводы лишние слезы, — властно приказал Учкудук.
И когда девушка, обняв на прощание приемного отца, встала в центр построенного межмирового портала, шепнул магистру Оливеру: — Я проконтролирую.
Маг понятливо кивнул. Зябл стрелой метнулся на плечо Сарданы и вцепился ей в волосы.
— Провожу, убогая! Не боись!
Портал замерцал и через секунду магистр остался в лаборатории один. Мужчина вздохнул и печально улыбнулся. Девочка вернулась домой это ли не счастье?
КОНЕЦ».
— Яра, Криштен говорит, что стали приходить письма с благодарностями от довольных усачей, -
встретил меня хорошей новостью Риксон.
— Здорово! — хихикнула я. — А от недовольных парикмахеров еще не поступало гневных виршей?
— Леди Яра, — окликнул лорд Фартон и требовательно протянул руку. Как всегда молча соблюдая атмосферу секретности.
Вручила ему очередную главу и отправилась за свой стол ради вторничного ритуала. Шеф читает, я наблюдаю за его лицом. Риксон сидит напротив и кидает нетерпеливые взгляды с меня на дядю.
Обожаю реакцию первых читателей.
В последней главе было много смешных моментов. Нарочно провалить конкурс у Сарданы получилось только с третьего раза и то пришлось сильно постараться и основательно напортачить.
Понравилась принцу наша феронка что уж говорить. Аристократка, студентка и просто красавица.
По закону жанра она должна бы за него замуж выйти и жить долго и счастливо. Но у автора свои цели. Читатели уже подзабыли, что девушка перенеслась порталом в другой мир. Надо напомнить, повторив процесс.
Главный редактор сначала улыбался, затем хмурил брови, а прочитав до конца, окончательно расстроился и скис.
— Что не так, дядя? — заметив перемену в настроении, обеспокоено подскочил к столу родственника
Риксон. — А? Что случилось?
— Читай, — печально вздохнул лорд Фартон и протянул рукопись.
Художник плюхнулся на свое место и склонился над текстом. Дочитав до конца, парень посмотрел на меня глазами побитой собаки и удивленно-жалобно спросил:
— Конец?
Я развела руки в стороны.
— Сколько можно в конкурсах участвовать? Смысл истории в ее финале. Девушка преодолела все трудности и вернулась домой.
Риксон это тоже понимал, поэтому спорить не стал, а поставив локти на стол, опустил голову на сложенные ладони и скорбно замер.
— Ну, вот и все, — переложив с места на место несколько папок, замогильным голосом произнес главный редактор. — Это должно было когда-нибудь произойти!
— Да, — голосом умирающего простонал Риксон. — А мне так понравился весь этот ажиотаж.
Народное обожание и подражание главным героям. Конец. Конец всему.
Я перевела взгляд с дяди на племянника и передернула плечами. Какая-то атмосфера всеобщей печали заполонила рабочее место, а главное я понять не могу в чем дело. Ну, конец и что? Конец книги, а не света.
— Не понимаю, чем вы так недовольны-то? — рискнула поинтересоваться я, хотя настроение шефа не располагало к попаданию на глаза. Добрый то он добрый, но когда не в духе лучше не подходить.
— Чего ты не понимаешь? — поднял голову Риксон и взвыл, трагически воздев руки к небесам: — Роман закончен!
— Что мы теперь будем печатать? — в унисон голосом полным отчаяния подхватил босс. — Чем заинтересуем читателей так, как это делала «Попаданка»?
