Интересно, почему он извиняется перед матушкой, если свадьба — моя? Мне бы, наверное, тоже хотелось услышать слова поддержки. Но в очередной раз я себе жестко напомнила, что сей брак — лишь сделка. Никто не ждет в нем особой любви и внимания, а каждый должен выполнять свою работу. Казимир и так на меня потратил кучу денег. Он заботится не только обо мне, но и о моей матушке, чего делать вовсе не обязан.
А свадьба… может еще, и не последняя. Мало ли, как жизнь повернется.
Мы разыскали Ермола, а потом прихватили и дядюшку. Он оставил лавку на помощницу и с готовностью отправился с нами в ресторан при гостинице “Черная роза”. Среди бела дня нам нашли свободный столик. Казимир звал с нами и Ермола, но тот отказался наотрез, и тогда Долохов первым делом заказал корзину снеди с собой. Немногие посетители косились на нас с любопытством. Очень скоро к столику подошла нарядная и статная женщина приятной полноты.
— Казимир Федотович, давно не виделись.
— Береника Силовна, рад встрече. Позвольте вам представить мою супругу Мари и ее родню: Шелену Григорьевну и Поликарпа Григорьевича.
— Так вы женились!
— Как видите, и весьма удачно. Жена моя — талантливая художница и первая моя помощница.
— Примите поздравления. Я ведь вам говорила, что найдется та, кто составит ваше счастие.
И тут я вспомнила, кто это — сама госпожа Шанская. Та самая, чью дочь хотел взять в жены Казимир. И не сдержалась, разумеется, уж слишком расчетливо эта дама смотрела на меня и моего законного супруга. Словно сомневалась, что я ему подхожу лучше, чем ее несчастливая дочь, упустившая самого богатого жениха Юга.
— Ох, спасибо! Мы с Миром и вправду очень счастливы. Представляете, мой супруг так щедр, что скупил целую лавку с платьями! А еще обещал отвезти меня к ювелирам! Он такой заботливый!
Дядюшка ухмыльнулся в усы. Матушка опустила глаза, пряча улыбку. А Казмир мне подыграл:
— Дорогая, ты говоришь глупости. Никаких ювелирных лавок. Я прикажу всем ювелирам приехать к нам в усадьбу. Уверен, так будет удобнее выбирать драгоценности к каждому новом платью.
Береника Силовна слегка покраснела, а потом все же вернулась за свой столик. Нам же принесли чудесный обед. Я больше не стеснялась и не переживала. Шанская — известная сплетница. Уж теперь-то слухи разлетятся по всему Большеграду, один другого краше. Уже к завтрему весь город будет знать, как любит свою молодую жену Долохов.
Я напрасно опасалась: Казимир по приезду спросил только, не желаю ли я выбрать себе спальню побольше? Все же теперь я хозяйка. Но нет, я не желала, мне и своей комнатки довольно было. Я уже к ней привыкла. Тем более, что в спальне я бывала лишь ночами, а день деньской мне было чем заняться.
Вот, к примеру, счета. Когда Хозяин положил передо мною стопку исписанных листов, я возмутилась. Зачем мне это? Не женское дело — в цифрах разбираться! Но Долохов настаивал, и я, чтобы от него поскорее отвязаться, честно попыталась вникнуть. Выходило скверно.
— А почему глина тут дешевле?
— Так состав разный. Ты внимательно смотри, вот эта буковка обозначает, что партия с буйского карьера, лучше глины на Юге не сыскать.
— А почему тут транспортные расходы ниже?
— Лето. Сухо. Везти проще и быстрее.
— А почему в липене (*июле) работникам больше платили?
— День длинный, они работали до заката. Заказ большой был.
— Я никогда в этом не разберусь!
— Не упрямься и не ленись. Ты — девочка умная. Просто нужно приложить старание. Вот тебе задача: если на один большой сервиз нужно полпуда глины, да три вида краски, да глазурь простая, сколько его цена в лавке будет?
— Это ведь с подвохом задачка? — ворчала я. — Тут еще нужно и жалование рабочим считать, и сложность рисунка, и затраты на перевоз.
— Верно.
— Но ведь есть же считари, которые и должны задачи такие решать!
— А если ты понимать не будешь, то тебя считари вмиг обворуют. Ладно, не плачь только. На днях учитель приедет из Большеграда. Будешь цифры вспоминать. Заодно и Ильяна учить будет.
Я плакать не собиралась, разве что от злости. А при упоминании брата и вовсе встрепенулась.
— Казимир, а что, если он учиться откажется?
— Я поговорил с ним. Толковый парень. Хочет в университет поступать. Так что будет как миленький.
Спорить не стала, хотя уверена была, что Долохов ошибся. Брат мой ленив и дерзок. Не думаю, что он сможет в Университет поступить. Но вот я бы могла… Только художественного факультета там нет. Есть инженерный, лекарский и магический. Женщин берут лишь на последний, и то не всех.
