Пузатый дядечка был явно взволнован и толком объяснить ничего не мог, или не желал. Только заявил, что мне нужно пройти идентификацию на центральном идентификационном магическом артефакте, чтобы удостовериться в результатах, полученных на вспомогательном дежурном конструкте.
На сей раз процесс идентификации проходил в довольно большом зале. И магический шар из горного кварца был размером с хороший арбуз. На поверхности шара было аж два отпечатка ладони. Соответственно, правой и левой.
На хрена, непонятно. Можно подумать, что у меня руки разные, от двух разных людей. Но спорить я не стал и сделал, как сказали.
Не знаю, чего ожидало столпившееся в зале начальство, но результат оказался тот же, что и со вспомогательным артефактом.
Едва я возложил на него руки, как артефакт завопил истошным голосом и начал пульсировать кроваво-красным свечением.
Все находящиеся в комнате принялись спорить, что-то орать и размахивать руками. Разумеется, моей скромной особе пояснить, что происходит, никто не удосужился.
Наспорившись до хрипоты, все выдохлись и заткнулись. После чего вспомнили о причине всего этого переполоха, то есть обо мне.
После чего меня подхватили под руки и повлекли в кабинет барона Велькенштейна. Неплохой, надо сказать, кабинет. Просторный, с хорошей мебелью. Я бы сказал даже слишком богато обставленный кабинет, для государственного чиновника.
Хозяин кабинета всех попросил удалиться, кроме мужичка средних лет, с мордой прожжённого жулика и повадками хорька. Данная мужская особь оказалась Начальником Отдела по вопросам наследования, Идрисом Хамзатовым.
После того как все его подчинённые удалились, барон, наконец, соизволил ввести меня в курс дел.
— Ситуация несколько необычная, — обратился ко мне барон. — Точнее, совсем необычная. Не припоминаю такого случая за всё время моей службы. Вам действительно оставили наследство, — и он надолго замолчал.
— И? — вывел я его из задумчивости.
— Ах да, — спохватился чиновник. — наследство вам оставила графиня Малышевская, — и он уставился на меня внимательным взглядом, изучая мою реакцию.
Однако названное имя мне ни о чём не говорило, и барон это понял по выражению моего лица.
— Необычный случай, — повторил барон. — Могу я поинтересоваться вашей родословной, чтобы понять, находитесь ли в родстве с почившей графиней или такое странное завещание вызвано другими причинами.
Пришлось пояснить, что я и сам не в курсе, насчёт своих родственников. Единственное, что могло как-то пролить свет на происходящие события, — это моё обучение, а закрытом Пансионате, во Франции.
Заведение сие было чиновнику известно, так же как и то, что туда прятали нежелательных отпрысков знатных и богатых семейств.
— Но вы ведь по достижению шестнадцати лет покинули это заведение и каким-то образом оказались в Москве? — поинтересовался он.
Пришлось рассказать ему часть правды. О том, что за мной прибыл представитель от родственников, предъявил необходимые бумаги и о нашем путешествии, вплоть до выезда из аэропорта Домодедово.
А вот дальше я историю несколько изменил. В рассказанном чиновнику варианте фигурировала страшная ночная авария, в которой мой сопровождающий погиб и сгорел в машине вместе со всеми документами.
Меня же при столкновении выкинуло в окно машины, и я каким-то чудом уцелел. Но при этом частично потерял память.
Якобы с места аварии меня на Скорой помощи доставили в больницу в Москве, откуда вскоре выписали. Так как никакой информацией о родственниках я не располагал, то по совету и протекции соседа по больничной палате, Добытчика, который лежал там после ранения, подался в Добытчики.
В доказательство своего статуса я предъявил чиновнику перстень Почётного Члена Гильдии.
По лицам присутствующих было видно, что моя мутная история их не убедила, но и оспорить её они не могли.
Да и по большому счёту, кто я, не имело никакого значения. Артефакт однозначно идентифицировал меня как наследника графини, и оспорить волю покойной было невозможно.
— Могу я, наконец, узнать, что именно завещала мне графиня? — поинтересовался я.
— Можете, — вздохнул барон. — Графиня Малышевская завещала вам графский титул и земли графства со всем движимым и недвижимым имуществом, а также все принадлежавшие ей денежные средства. Правда, денег там кот наплакал, менее десяти тысяч золотых. Само графство совсем небольшое и находится если и не в самой глуши, то весьма далеко от цивилизованных мест, в Екатеринбургской Губернии, на территории Малышевского Уезда. Главная ценность, это, пожалуй, сам титул.
— Вы говорили насчёт возможных родственных связей, — обратился я к хозяину кабинета. — Мы ведь можем с помощью ваших артефактов выяснить, степень моего родства с графиней и определить, кто мои остальные родственники.
— Боюсь, что это невозможно, — вздохнул барон. — Вы не совсем верно представляете, как работает система определения идентификации случайных наследников, которые обращаются в Геральдическую Палату, через Отдел наследств.
