В первый день работы мы так и не смогли определиться: куда мы попали, зачем нас пригласили? Но и в этой ситуации дважды подготовили с товарищами, согласовали текст выступления, чтобы проинформировать присутствующих о событиях в Молдове, заострить внимание на проблемах в связи с расширением национализма, ибо они могут стать и российскими, если не принять экстренные меры на самом высоком государственном уровне. Но обещания Ю. Афанасьева дать слово приднестровской делегации не были выполнены. Организаторы съезда были явно обескуражены нашим присутствием.
У этого разношерстного движения (ДДР) по многим принципиальным вопросам, как тогда, так и теперь, не было и нет единства, поэтому за чертой повестки дня съезда оставили не только нас, приднестровцев. К тому же график работы нарушил неожиданно появившийся во второй день работы съезда (8 ноября) только что назначенный Ельциным первый заместитель председателя правительства Е. Гайдар, которому вне графика и была предоставлена трибуна.
Долго, философски-туманно, заумно (как всегда!) говорил Егор Тимурович. Для уточнения его мнения я спросил соседей из числа делегатов: «О чем он говорит?» В ответ окрик: «Тихо. Он дело говорит». Спрашиваю: «А чего вы хотите?» Ответ: «Развала Союза» (!?!). Спрашиваю: «Даже так? А дальше что?» Ответ: «А там посмотрим…»
И в этом демократы оказались едины… Не исключаю, что в те дни в зале были и такие архитекторы-прорабы развала СССР как В. Новодворская, Г. Явлинский и многие другие «друзья» СССР, о которых мы тогда еще не знали.
Убедившись, что нам слова не дадут и с этой командой нам не по пути, решили воспользоваться моментом для встречи с Е. Гайдаром, как практическим главой правительства России. Благодаря настырности Купершмидта «перехватили» Егора Тимуровича по пути с трибуны. Отрекомендовались, откуда и кто мы. На удивление получили «добро» на аудиенцию в Белом Доме, которая и состоялась в тот же день (20.00–21.00). Объективности ради надо сказать, что встреча была продуктивной, с пониманием наших проблем со стороны Егора Тимуровича, с проявлением одобрения образования ПМССР, нашей борьбы с национализмом, желания и обещания помочь нам ГСМ и многими другими так необходимыми в то время Приднестровью материалами.
Договорившись, что в двухнедельный срок по представлению необходимого перечня материалов за подписью главы республики вопрос будет решаться Правительством РФ и удовлетворенные незапланированной встречей с Е. Гайдаром, по приезде в Тирасполь наткнулись на непробиваемый бюрократизм двух новых высокопоставленных чиновников — В. Загрядского и И. Зарецкого. Первый по какой-то причине не смог в тот момент допустить нас в кабинет к Председателю Правительства и председателю горсовета И. Н. Смирнову, безусловно очень занятому в то горячее время. Второй же, после письменного моего обращения к И. Н. Смирнову, будучи направленным в Москву по различным вопросам, не смог «пробиться» к Е. Гайдару.
Двухнедельный срок прошел, а когда в декабре вновь пытались «выйти» на Е. Гайдара — поезд уже ушел, произошел развал СССР по воле беловежских «леших»… И российские новые проблемы, о которых мы предупреждали, захлестнули новых правителей России. Им было не до нас.
Но нельзя сказать, что поездка наша была бесполезной. Помимо участников съезда ДДР, мы встречались, обменивались информацией с народными депутатами СССР Е. Коганом, В. Алкснисом, участвовали в пресс-конференции Н. Травкина.
Е. Коган и В. Алкснис выражали свое гневное возмущение бездеятельностью М. Горбачева в решении национальных вопросов, предсказывали скорый «закат» его партийно-политического взлета. Обещали нам всяческую поддержку, помощь в нашей борьбе. И они, действительно, помогали, как могли, бывали в Приднестровье в трудные для нас дни, вдохновляли на правую борьбу с национализмом.
О поездке в Москву, о работе съезда ДДР, о впечатлениях, о встречах с делегатами, народными депутатами СССР впоследствии рассказал приднестровцам в одной из передач на радио ПМССР.
Поездке первой официальной правительственной делегации ПМР в крупные регионы России предшествовали многие события на юго-западе бывшего СССР, потрясшие весь мир. И самой страшной была широкомасштабная агрессия РМ, развязанная 19 июня 1992 г. снегуро-друко-косташевскими головорезами против мирного народа Приднестровья.
Только благодаря помощи и вмешательству России было приостановлено нашествие «блюстителей правопорядка» и подписано соглашение о мирном разрешении конфликта 21 июля 1992 года, создана трехсторонняя объединенная комиссия, определена зона безопасности — мир обеспечивался миротворческими силами с участием России.
