В истории Франции религиозные войны католиков с гугенотами, которые охватили страну во второй половине 16-го века, были одновременно борьбой земледельческого католического французского народа, населяющего центральные области страны, за сохранение сословно-представительного народного государства. Папская церковь в это время стремилась привести французский народный католицизм в соответствие с папским имперским католицизмом для установления сословного господства католической церкви во всей Западной Европе. В этом цели патриарха Никона в Московской Руси 17 века была похожими на цели итальянских кардиналов при дворе Екатерины Медичи во Франции 16 века. Как и в Московской Руси второй половины 17 века, такая политика порождала во Франции 16 века обострение противоречий религиозных расколов. Эта политика приведения догматики и обрядности католической церкви во Франции в соответствие с единообразными требованиями римского папского престола вызвала недовольство, как гугенотов, так и французского сословного дворянства. Недовольство французского дворянства накапливалось и, наконец, переросло в борьбу за государственную власть и самостоятельность страны с сословием католических священников. Если в России подобная борьба привела к лишению Никона патриаршего сана, а русскую православную церковь поставила в полную зависимость от царской власти, которая в конечном итоге упразднила патриаршество, заменив его Священным Синодом, а представления о православной империи представлениями о самодержавной военно-административной империи. То во Франции её следствием явилось вынужденное согласие папского римского престола на избрание кардиналом поневоле ставшего епископом французского дворянина Ришелье, который яростно защищал интересы церкви, однако подчинял их интересам государства. Ришелье возглавил правительство и совершил в стране преобразования, подобные тем, какие позднее, в Московской Руси совершал Пётр Великий. Ришелье завершил поворот государственной власти Франции к выстраиванию королевского абсолютизма и становлению сословной дворянской демократии. Именно при нём окончательно перестали созываться сословно-представительные Генеральные штаты, что было внешним выражением отмирания французского народного государства. Народное государство выполнило свою задачу. Оно уничтожило основания для поддержки феодальной раздробленности
В борьбе за становление королевского абсолютизма Ришелье столкнулся не только со сторонниками сохранения французского народного государства, но и с гугенотами. Среди гугенотов к этому времени завершалась народно-буржуазная Реформация, они необратимо становились народом, имели сильных сторонников в городах и мощный военный потенциал. Красному кардиналу Ришелье своей целеустремлённой решительностью и беспощадной жестокостью удалось сокрушить военное сопротивление гугенотов. Но он признал их права и закрепил с ними договорные отношения на условиях общего подчинения французским государственным отношениям и французским государственным интересам. Ришелье стал использовать хозяйственные способности гугенотов для получения с них денежных налогов, чтобы с одной стороны, активно снабжать деньгами всех участников Тридцатилетней войны, выступающих непримиримыми противниками враждебного Франции дома Габсбургов и особенно Габсбургов Испании. А с другой стороны, чтобы удерживать Францию от участия в этой войне до поры, когда воюющие страны истощат свои ресурсы. Благодаря политике Ришелье, Франция после Вестфальского мирного договора 1648 года оказалась главной победительницей и превратилась в самую сильную и влиятельную державу Западной Европы. А приобретя европейское могущество, Франция короля Людовика XIV смогла сосредоточиться на окончательном повороте к всеохватному абсолютизму, который толкал страну к превращению в главное земледельческое чиновно-бюрократическое государство Западной Европы.
