Обращение Робеспьера к воззрениям Руссо не было случайным. Для сохранения своего политического господства за счёт опоры на пролетарские и народные массы якобинцам срочно понадобилось идеологическое насилие, способное учитывать как интересы земледельческих народных масс, так и задачи буржуазной революции, связанные с рационализацией общественного сознания, что было необходимо для развития городских производственных отношений, повышения уровня жизни участников городского производства. Социальным слоем, который мог в самом себе отражать интересы народного крестьянства и одновременно учитывать задачи буржуазной революции в развитии городских производственных отношений, и был слой наёмных работников мануфактурного и промышленного производства или народный пролетариат, который привёл якобинцев к власти. Оторвавшись от земледельческих народных отношений, пролетариат перенёс социальную культуру этих отношений в городские районы, где был обречён на полунищенское существование вследствие своего полного политического бесправия. Его бесправие объяснялось тем, что он был продуктом католического мировоззрения и в то же время никак не упоминался в этом мировоззрении, а потому не мог быть встроенным в народно-феодальные общественные отношения, сложившиеся на основаниях католицизма, то есть
Властное введение Робеспьером и его единомышленниками республиканской религии, в основе которой был культ Верховного существа (измышления воспитанного на мелкобуржуазном рационализме сознания!), призванного стать заменой католическому Высшему авторитету, христианскому Богу, было отражением настоятельной потребности идейно объединить мелкую буржуазию, городской пролетариат и крестьянское население Франции. Культ Верховного существа был порождением обстоятельств ожесточённой политической борьбы с противниками режима и являлся ни чем иным, как попыткой наспех разработать на основе философского деизма Руссо некое подобие мировоззрения, способного стать новой городской реформацией католицизма. Сторонники Робеспьера ради спасения государственной власти и своего положения во власти намеревались с помощью нового культа примирить светский буржуазный рационализм и народно-феодальный католицизм, город и деревню, новое и старое.
Культ Верховного существа не имел метода анализа исторических процессов, целостной философии видения Вселенной. Он был наспех скроенной уступкой народно-феодальному мировосприятию. Его введение было попыткой использовать это традиционное для большинства французов мировосприятие для создания идеологии, контрреволюционной с позиции буржуазной революции, но одновременно идеологии прогрессивной социальной революции