Основополагающие реформы Столыпина были направлены на то, чтобы выделить из крестьянской общины семьи кулаков и середняков и дать им права выкупать наделы земли у бедняков. Предполагалось, что теряющие землю семьи будут вытесняться на рынок труда, превращаться в наёмных работников у кулаков и у городских предпринимателей, способствуя становлению капиталистических хозяйств, работающих по законам товарно-денежных отношений. Столыпин проводил реформы при отсутствии опоры на свою политическую партию, у него не было идеологического обоснования проводимой политике, и связанная с его личностью политика создавала ему многочисленных личных врагов. Ему пришлось выступить против интересов либералов и стоящих за ними, близких к царской семье олигархов и бюрократов. Одновременно он вводил жёсткие меры наказания за покушения на интересы семейной собственности, в первую очередь среди крестьянства, что вызывало возмущение народной гуманитарной интеллигенции. Он же противостоял всевозможным политическим организациям революционных демократов, которые боролись за свержение самодержавия и действовали, как политической пропагандой, так и террористическими убийствами царских чиновников.
Столыпину помогало проводить свой курс то обстоятельство, что западноевропейская капиталистическая экономика вступила в полосу процветания, а Англия и Франция расширяли вывоз капитала, банки этих двух капиталистических держав охотно давали долгосрочные и среднесрочные ссуды и кредиты на создание в других странах предприятий, на которых использовался труд местных малоквалифицированных работников. Растущий вследствие столыпинских реформ рынок труда в городах Российской империи обеспечил привлекательность иностранным капиталовложениям в промышленное производство, и в России началось развитие
Работа Государственной Думы была публичной, её информационное обеспечение способствовало скорому накоплению опыта политических отношений. Стали быстро вставать на ноги городское общественное сознание и соответствующие ему политические партии. Это и позволило Столыпину начать воплощение в жизнь своей программы создания кулачества, слоя земельных собственников производителей, как главной опоры рыночно-капиталистическим преобразованиям в экономике, – или, говоря иначе, осуществить быстрый подъём производительных сил России через раскрепощение государственной властью
Подготовленный реформами Столыпина экономический подъём обозначился с 1909 года и был значительным, но обусловленным внешними капиталовложениями, растущим долгом правительства перед английскими и французскими банками. Социальная культура городского производства определялась культурой общественных отношений русского народа, а эта культура была земледельческой. Крестьянская среда духовно стремилась вернуться к народно-общественному договору времён Народной революции, идеализировала народно-феодальные, соборно-представительные отношения 17 века. Вовлечение её в политические отношения породило творческие поиски выразить духовные народные устремления в городской культуре, которая служила средством просвещения и воспитания единства народных действий. Сказочная идеализация истории допетровского периода государственности, периода от Ивана Грозного и до молодого московского царя Петра Первого, углублённое развитие одарёнными разночинцами сложившегося тогда народного стиля привёли к художественному расцвету русское народное искусство, сделали его выдающимся мировым явлением. Однако ярко отражённый в искусстве подъём великорусского народно-патриотического самосознания был по существу чуждым индустриальным социально-политическим отношениям. Поэтому в России не удавалось наладить самое передовое технологическое и конкурентоспособное промышленное производство со сложным взаимодействием с инженерными и конструкторскими подразделениями, и в стране создавались индустриальные предприятия на основе использования малоквалифицированного труда, продукция которых не могла пробиться на рынки Западной Европы, предназначалась только для внутреннего потребления. Основой экспорта оставались сырьё, продовольствие и полуфабрикаты, и доходы от такого экспорта не давали возможности расплатиться даже за проценты на полученные правительством кредиты и займы. Внешний долг России непрерывно увеличивался, превращался в непосильное бремя.
