НАРОДНОСТЬ, НАРОД, НАЦИЯ... полностью

После февральской буржуазно-демократической революции ленинский большевизм постепенно набрал политическое влияние за счёт идеологической цели частично разрешить, частично примирить антагонистические противоречия, которые изнутри, как ржа железо, подтачивали и разрушали империю, ослабить их остроту посредством революционной Реформации государственного идеологического насилия. То есть, посредством создания нового, общеимперского идеологического насилия на основе разработанного Лениным коммунистического мировоззрения, способного учитывать максимально широкий круг экономических интересов внутри страны при безусловном учёте внешнеполитических обстоятельств бурного общемирового становления рациональной промышленной цивилизации.

Политическая сила партии русского пролетариата была в том, что огромная крестьянская страна могла десятилетия осуществлять индустриализацию и урбанизацию за счёт раскрестьянивания, обеспечивая наибольшую численность именно пролетариата в составе городского населения. В условиях поднятой буржуазно-демократической революцией волны внимания к представлениям о городской демократии, необходимой для обеспечения компромиссов между разными группами экономических и политических интересов, для сохранения социально-политической устойчивости государственной жизни, русский пролетариат мог требовать господствующего влияния на власть как своего закономерного политического права. И русский пролетариат потянулся к большевикам, которые призывали его к борьбе за установление такого своего политического господства. Большевизм смог выразить настроения значительной части занятых на индустриальном производстве пролетариев и добиться политического воплощения в жизнь своих требований выведения страны из общегосударственного кризиса через социалистическую революцию, которая отражала настроения народного, с культурой общинной собственности пролетарского сознания.

Большевики предложили вырвать Россию из мировой капиталистической экономики и посредством всеохватного социалистического планирования, осуществляемого режимом диктатуры коммунистической партии пролетариата, обеспечить внутри страны защиту хозяйственного развития от мировых рыночных кризисов перепроизводства и от колонизации капиталистическими индустриальными державами. Социалистическое планирование по существу вопроса представляло собой существенное усовершенствование регламентации экономической и социально-политической жизни, которую прежде осуществляла абсолютистская феодально-бюрократическая государственная власть, – оно означало превращение такой регламентации в тотальную, всеохватную и всепроникающую. Как феодально-бюрократическое регламентирование, так и социалистическое планирование было следствием народного феодального мировосприятия и представлений об общинной крестьянской собственности, отражающих глубинные традиции бессознательного родоплеменного умозрения, бессознательных родоплеменных отношений собственности. Социалистическое планирование было возможным постольку, поскольку непосредственно опиралось на народные общественные отношения и на традиции родоплеменного умозрения государствообразующего этноса. Иначе говоря, в России оно стало возможным потому, что большевикам в стране удалось установить политическое господство русского крестьянства и пролетариата.

Для воплощения в жизнь теоретических представлений о социалистическом планировании понадобилось создавать соответствующий такой задаче чиновничий аппарат государственного управления, то есть номенклатурную социал-феодальную бюрократию и производить огосударствление этой бюрократией всей собственности страны. Поэтому большевики, сами того не сознавая, создавали в России тот же способ управления, который складывался в Германии после буржуазной революции 1848 года, но на существенно более целостном мировоззренческом и реформаторском политическом основании, что придало ему мировое историческое звучание и значение.