В день принятия решения он проснулся с мрачной улыбкой. Его ждали хлопоты, надо было сделать приготовления. Придется просить Тарна, чтобы он назначил военачальником Джарру. Что еще хуже, придется попрощаться с Дьяной и Шани. Тем утром он позавтракал в одиночестве, продумывая за едой свои прощальные слова. Он даже не знал, заметили ли его отсутствие за общим столом. Скорее всего заметили. Это было единственное время, когда Дьяна могла по-настоящему с ним разговаривать — или хотя бы тайком подмигивать ему у Тарна за спиной. Его решение, конечно, ее разочарует. Возможно, она даже будет умолять его ехать с ними в Фалиндар. Но Фалиндар не был ему домом — и никогда им не станет. У Вентрана может быть только один дом — Арамур.
Доев завтрак, он оставил тарелку на кровати, а потом надел чистую рубашку и брюки, пошитые для него женщинами замка. С момента его прискорбного превращения в правителя к нему стали относиться с непривычной почтительностью. Он решил повидаться с Тарном раньше, чем с Дьяной. Он попросит у искусника разрешения поговорить с его женой без посторонних. Он надеялся, что малышка будет с ней и он сможет сказать ей настоящие — хоть и непонятные ей — слова прощания. Но еще до Тарна ему хотелось увидеться с одним человеком, о котором он почти забыл после возвращения искусника.
Как всегда, он нашел ее за чтением — на этот раз в саду. Заметив его приближение, Прис улыбнулась.
— Кэлак! — весело крикнула она и спрыгнула с треснувшего бортика фонтана, на котором только что сидела.
Закрыв книгу, она энергично замахала рукой, торопя Ричиуса. Он улыбнулся ей издали и поспешил к ней по садовой дорожке. Он души не чаял в этой девочке. Ему хотелось, чтобы его Шани стала именно такой, когда вырастет. Прис возбужденно кивала ему своей белой головкой.
— Тебя не было за завтраком, — укорила его она. — Почему?
— Значит, я теперь обязан во всем тебе отчитываться? — засмеялся он. — Ты со своим отцом была столь же непочтительна?
Прис нахмурилась. Ричиус понял — она медленна расшифровывает его фразы.
— «Отчитываться» значит рассказывать, — объяснил он. — А «непочтительная» значит невежливая.
— Отец никогда не разрешал мне так с ним говорить, — призналась она. — Но ты не похож на отца.
— Верно. — Ричиус опустился на край фонтана. — Я был занят этим утром, Прис. Мне надо кое-что тебе сказать. Не знаю, что ты по этому поводу подумаешь.
Прис снова устроилась на бортике фонтана и заглянула ему в лицо.
— Плохое? — спросила она.
— Не слишком, — успокоил он ее. — Я уезжаю. Я больше не буду здесь военачальником.
Девочка широко раскрыла глаза.
— Уезжаешь? Куда ты уезжаешь?
— Ты когда-нибудь слышала о Лиссе?
— Да, отец один раз мне о нем рассказывал. Это очень далеко, на острове. Ты собрался туда?
Ричиус кивнул.
— Вроде бы. У них вокруг Люсел-Лора корабли — они нам помогают. Они воюют с Наром. Теперь я намерен помогать им.
— Нет, нет! — запротестовала Прис. — Тебе нельзя уезжать. Отец сделал тебя военачальником. Он тебя выбрал, Кэлак. Ты ему нравился.
— А он нравился мне, — печально молвил Ричиус. — Но это вышло случайно, Прис. Просто, когда твой отец умирал, рядом оказался только я, а он думал в ту минуту о тебе и твоих близких, о том, что кто-то должен позаботиться о вас. Я понимаю, он выбрал бы думаку Джарру, если бы смог, но у него не было времени. Я просто делаю то, что сделал бы он сам. Тарн вернулся, так что он все уладит. Он назначит Джарру военачальником.
— А он будет о нас заботиться?
— Я в этом совершенно уверен. Он хороший человек, и твой отец ему доверял. Нет сомнений в том, что он прекрасно о вас позаботится и что твоя мать захотела бы именно этого. В конце концов, я ведь не триец. Вам нужен правитель, который бы представлял ваш народ.
— Я за тебя боюсь, — понурила голову Прис. — Бхапо говорит, что теперь ты в безопасности, больше не будешь воевать. А если ты поедешь на войну, тебя могут убить. Как отца.
— Прис, — мягко произнес Ричиус, обнимая девочку за худенькие плечи, — твой отец погиб, защищая свой дом. Именно это обязан сделать и я. Даже если я погибну, моя смерть не будет бессмысленной. Но если я останусь, моя жизнь потеряет смысл. Я должен попытаться. Ты можешь это понять?
— Нет. — Она подняла голову и грустно посмотрела на него. — Не понимаю. Я не понимаю, почему умер отец. И остальные. Теперь все женщины плачут. Мать плачет. Почему, Кэлак?
Ричиус долго молчал.
— Потому что они тоскуют по тем, кого любят, вот почему, — наконец сказал он, вздохнув. — Но мне нравится думать, что мертвые, где бы они ни находились, видят наши слезы и знают, что нам их не хватает.
Казалось, его ответ ошеломил девочку.
— Мне не хватает отца. И будет не хватать тебя.
— Ах, Прис, — воскликнул Ричиус, — я тоже буду по тебе скучать! — Он наклонился и нежно поцеловал ее в макушку — Я буду здесь еще денек-другой. Я увижусь с тобой перед отъездом. Скажи матери от моего имени, что я решил. Скажи ей, что я сожалею обо всем. Она поймет, о чем речь.
— Я ей скажу.
— Хорошо. — Ричиус встал. — Увидимся позже, за ужином.
