Что поражало – муж сражался с маленьким енотом на равных. Свирепел, швырял. Он большой взрослый человек, а енот – дикий зверь, да к тому же совсем еще ребенок: ему было всего два или три месяца. Он же не понимал, что от него хотят, и впадал в панику! Но сопротивлялся изо всех сил. Было ужасно наблюдать за этим воспитанием. Меня муж не слушал. Это воспитание енота продолжалось несколько месяцев, пока, ничего не добившись, муж не отступил. Но енот продолжал реагировать на мужа истерикой. Успокаивался только тогда, когда был уверен, что муж далеко. Хотя утром еду еноту приносил муж, енот бежал от него прочь со всех ног. Ко мне было совсем другое отношение: я его не воспитывала, но стоило мне только пальцем показать, что надо делать, как енот все с радостью выполнял. И это продолжалось на протяжении всех двенадцати лет, пока у нас жил енот! Только в последние годы енот немного успокоился. Муж, конечно, обижался. Столько сил потратил на воспитание, а енот любил меня, а не его! «Несправедливо!» – кричал».
Животные демонстрируют то, что происходит в нервной системе жертв насилия нарцисса: это паника, истерика. Отличие животных от человека в том, что у них нет второй сигнальной системы – они не понимают слова и не могут говорить. Они не понимают, что на них обижаются и их обвиняют. У них только первая сигнальная система – условные рефлексы. А люди, обладая второй сигнальной системой, понимают, что их обвиняют, понимают, когда им говорят, что это, дескать, их поведение спровоцировало агрессивные действия. Чувствуя себя виноватыми, люди-жертвы подавляют свое сопротивление и быстрее начинают впадать в депрессию.
Непослушание енотика вызывает агрессию нарцисса, и это связано с угрозой его эго: как это так – он не слушается, и я не могу его контролировать, он разрушает мою самооценку! Но, возможно, здесь проявляются еще и параноидные черты: он даже в еноте видит врага и пытается его обезвредить; кроме того, он считает, что это несправедливо, когда он так много воспитывает енота, а тот любит не его, а Надежду. Тема справедливости и угрозы со стороны врагов – типичные черты параноидного расстройства личности.
«В самое первое время мы поместили енота в вольеру, и я носила ему еду. Миску с молоком, а туда разбивала яйцо. Думала, что ему так легче будет кушать. В тот день муж был на отдыхе у друзей. Я, как обычно, поставила молоко и собралась разбить яйцо. Вдруг подскочил енот, укусил меня за руку, вырвал яйцо и убежал. Я поняла, что он не хочет яйцо в молоке, и больше не разбивала. Позвонил муж, и я сказала, что меня укусил енот. Муж только похихикал. А позже позвонил еще раз: пожилая женщина, сестра приятеля, сказала мужу, что, поскольку енот дикий, только что из леса, то укус может быть опасен, и я должна пойти ко врачу. И муж стал изображать беспокойство по телефону. Я ходила ко врачу, но все обошлось. Наш енот был здоров. Но это был единственный раз, когда меня укусил енот, больше он меня никогда не кусал».
Муж сначала похихикал – видимо, обрадовался, что справедливость восторжествовала. А потом испугался, что сам может заболеть, заразившись от Нади, отсюда и забота.
