На всякий случай Арч зажег фонарик, осмотрел пневмач. Нажал защелку, снял магазин, осторожно извлек из него верхний баллончик с никелированной игольной пулей, повертел в пальцах, вставил обратно. Потрогал неподатливый, тугой рычаг затвора. Потом взялся за рукоять, положил палец на гашетку. Что ж, если дойдет до дела, выстрелить он сумеет. Штука в общем нехитрая. Он присоединил магазин, положил оружие на пол и выключил фонарик.
Ему пришло на ум, что здесь, в порту, склады ломятся от съестных припасов. Покуда не рассвело, можно рискнуть, попробовать разжиться едой и питьем. Только бы отыскать люк, из которого можно вылезти незаметно, тихо, в укромном закутке.
Неожиданно среди кромешной тьмы колодца забрезжил свет. Арч схватил пневмач, поднялся на ноги. Слабое свечение шло сбоку, из ближнего тоннеля – кто-то с фонариком полз в сторону колодца. Если это споки догадались проверить подземные ходы, дело дрянь. Однако, скорей всего, какой-нибудь кабельщик делает проверку либо чинит обрыв.
Человек с фонариком приближался. Арч прислонился к стене возле освещенного прямоугольника тоннеля, взял пневмач наизготовку.
Из отверстия высунулась взлохмаченная голова, обильно припорошенная цементной пылью. Арч уткнул дуло в затылок.
– Стоп, не шевелиться. Получишь пулю.
Голова вздрогнула, замерла.
– Кто таков? – спросил Арч.
Ответа не последовало.
– Я спрашиваю, кто ты такой.
– Никто.
Приставив к мозжечку собеседника дуло, не приходится рассчитывать на теплый доверительный тон. Однако человек из тоннеля умудрился вложить в одно-единственное слово удивительную, неописуемую дозу ненависти.
– Та-ак, – обескураженно протянул Арч. – А чего ты тут ползаешь, мил друг?
Последовал шквал отборных выражений, из которых самым лестным было «спок вонючий».
– Ошибаешься, приятель, – возразил Арч. – Я не вонючий. И даже не спок. Вставай, знакомиться будем.
Он отвел пневмач в сторону, и красноречивый незнакомец вылез из тоннеля. Малоросый, щуплый, выглядел он лет на сорок или немногим больше. Грязные отрепья опоясывал кусок электропровода, за ним наискось торчала остро заточенная отвертка. Локти и колени обмотаны толстым слоем паковой ткани. На шее болтался мощный аккумуляторный фонарь.
– Меня зовут Арч Ку Эхелала Ди. А тебя?
Оборванец не спешил отвечать. Он оглядел Арча с головы до ног, задержался взглядом на пневмаче.
– Откуда хлопушка?
– Одолжил побаловаться.
– Между прочим, наверху стоит большой хай. Видимо-невидимо споков, и броневики, штук пять. Ты случайно не знаешь, чего они так взбесились?
Арч кивнул.
– Случайно знаю. Там двое патрульных очень плохо себя почувствовали. Да еще хлопушка пропала. Как не заволноваться.
Щуплый незнакомец широко ухмыльнулся.
– А ты мне нравишься, Эхелала. Можешь звать меня Тил.
Сверху донесся рев мотора, по люку прогрохотали колеса броневика.
– Как думаешь, Тил, они сюда не заглянут?
– Раньше вроде не совались. Хотя такого могучего шухера я не припомню.
– То-то и оно. Не худо бы перебраться куда-нибудь, где потише и поуютнее. Тут сыщется такое местечко?
– А я как раз туда направлялся, – сказал оборванец. – Двигай за мной.
Он опустился на четвереньки и юркнул в ход, противоположный тому, из которого вылез. Арч последовал за ним.
По тоннелю Тил передвигался с завидной быстротой и сноровкой. Как Арч ни старался, дистанция между ними понемногу росла. Началась ломота в суставах и пояснице, кожу саднило, да так, словно холодного бугристого бетона касалось обнаженное мясо.
– Э-эй, не так шибко, – взмолился Арч.
– Хочешь жить – пошевеливайся, – огрызнулся Тил, однако смилостивился, поубавил прыти.
– Далеко еще?
– Чуток осталось.
Наконец они добрались до следующего колодца. Арч растянулся на полу в изнеможении. Тил уселся рядом и, сопя, начал возиться со своей амуницией. Потом толкнул Арча в бок.
– Ну-ка, подставляй костыли.
Оказалось, он снял с себя обмотки из тюковины.
– А ты как же? – запротестовал Арч. – Брось. Доползу.
Тил оголил руку и показал ему локоть с заскорузлой кожной мозолью.
– Понял? Давай, намотаю – легче будет.
Арч послушался, и вскоре его истерзанные колени и локти были плотно забинтованы.
Следующий переход оказался короче, а колодец – крупнее, с десятью ходами.
– Пришли, – объявил Тил.
Он вытащил из-за пазухи связку причудливых отмычек. В полу колодца обнаружился небольшой никелированный люк с замком.
– Ты никак собрался к Папе в гости? – спросил Арч.
– Угадал, – буркнул Тил, орудуя отмычкой. – До него самого, правда, не доберемся. Но это каналы спецсвязи. Там шмонать не будут, нипочем.
– В самом деле? – усомнился Арч.
Послышалось короткое хихиканье.
– То-то и оно. Совершенно секретно, доступ закрыт.
Замок скрежетнул, и Тил с натугой поднял крышку.
– Залезай, Эхелала. Выкрутились.
