Рука провела по небольшой тумбочке, которую мои жены поставили у входа. На её поверхности скопился небольшой слой пыли и песка, который сюда заносило всякий раз, стоило приоткрыть дверь. Уже не помню, сколько раз ворчал из-за этого, но Ханако и Мияко нравилось, поэтому я просто махал рукой, обещая самому себе, что уберу её в следующий раз, но так никогда и не предпринимал попыток.
Разувшись, я прочувствовал, каким холодным здесь был пол, несмотря на жаркую погоду за окном. Ступая по плотно сбитым половицам, медленно иду в сторону лестницы наверх, туда, где лежит всё, что осталось от неё. Простые вещи и память.
Всё та же кровать, всё те же дурацкие тумбы и запахнутое окно, которое мы любили открывать по ночам, согретые теплом друг друга.
Я хотел раскрыть его, впустить свежий воздух внутрь, чтобы избавиться от затхлого запаха и пыли, но рука так и не поднялась.
Опустившись на кровать, присаживаюсь с её стороны, смотря на приоткрытую дверь. В голове представлялись картины, как Джун позвал её на помощь и она спешно собиралась прямо здесь, надевая защитное снаряжение и готовя различные железки, что смогут ей помочь в бою.
Но даже при всей спешке она делает всё аккуратно, закрывая полки и шкафы, не оставляя разбросанных вещей, ведь Ханако пыталась быть педантичной, надеясь своим примером привить подобную привычку детям.
Вяло улыбнувшись, провожу ладонью по застеленной кровати, перебирая пальцами по мягкой ткани.
Уютный момент прервал слабый стук в дверь с первого этажа, после чего раздался характерный скрип петель, который никогда не услышать даже шиноби, не то что простому человеку.
Мягкие легкие шаги торопливо поднимались ко мне и, даже не используя сенсорику, я мог точно ответить, кто это был. Я прекрасно знал её походку, знал вес её тела...
И когда в дверях появилась Мияко, я уже встречал её своим взглядом, стараясь сделать улыбку как можно более приветливой... Но, видимо, облажался.
Проглотив нарастающий в горле ком, она в пару шагов оказалась рядом со мной, трепетно заключая голову в объятия и прижимая к своей груди. Её волосы свисали со всех сторон, закрывая мне обзор, пока лоб жены прижимался к моей макушке.
Она ничего не говорила, ведь мы чувствовали друг друга и понимали без слов.
Мои руки сцепились у неё за спиной. Я обнимал её аккуратно, не давая эмоциям выхода, просто боясь сломать девушке спину и контролируя ситуацию.
И когда первые слёзы с её прекрасных глаз упали мне на голову, я лишь вздрогнул, чувствуя, что и сам начинаю погружаться в пучину из боли и облегчения, выпуская наконец на свободу всё, что накопилось за последние пару дней.
Мои пальцы сжались сильнее, но Мияко никак не отреагировала, ни крохотной частичкой своего тела не показала, что ей больно или неприятно, позволяя мне с лихвой отдаться на волю эмоций.
Меня трясло. Руки ходили ходуном, а в носу засвербело. Словно крючья для мяса или кривые ветки деревьев, мои пальцы не хотели разгибаться, не хотели отпускать на волю жену.
В голове метались мысли, предлагая разные решения, чтобы в будущем не потерять ещё больше дорогих мне людей. Самые разные, самые безумные идеи посещали меня, пока не пришлось отказаться ото всех и прийти к одному простому выводу.
«Пока не закончится война — они все рискуют умереть».
Я даже начал проговаривать это вслух, на что услышал успокаивающий шёпот Мияко. Она ласково гладила меня по волосам, зарываясь в них пальцами и принося умиротворение, заверяя меня, что больше никто не умрёт и наша семья будет жить счастливо, но я её не слушал.
«Они больше не умрут. Они будут здесь, в деревне... И больше никакой войны. Я закончу её, во что бы то ни стало, я закончу её».
В какой-то момент она перебралась мне на колени, зарываясь лицом в плечо, чтобы хорошенько выплакаться, пока мои руки, кажущиеся гигантскими на её фоне, сжимали женскую спину в объятиях.
Всем своим телом я пытался подарить ей частичку потерянного всеми нами тепла, но мои глаза оставались холодными. Взгляд упирался в дверь, но я видел другое, представлял себе иное, уже продумывая, как поскорее закончить Вторую Мировую Войну Шиноби и не допустить Третью.
Как заставить других Каге подписать мир и чем для этого потребуется пожертвовать...
Постепенно мои размышления натолкнули меня на другое. Как защитить семью, пока меня нет рядом? Как спасти их и оградить от глупых поступков, чтобы впредь не случилось так же, как и с Ханако?
А ведь моя любимая была сильна. Она была опытна и могущественна по меркам простых шиноби. Контролировала силу демона и могла повелевать песком, разом сражаясь с сотнями противников.
«И даже это не помогло... Значит, будем исходить из другого. Если нельзя победить всех, то можно сбежать».
Покачав головой своим мыслям, я прижался к Мияко, которая ответила мне поцелуем в щёку, сбавляя поток слёз и постепенно успокаиваясь.
(Моя новая работа уже появилась на просторах сети. Врата Балдура: Арфа, посох и кинжал!)
