Присоединение сил Хоки дало нам море возможностей, которые выразились в жадной добыче информации. Страны Земли и Огня интересовали брата в первую очередь, и Иоши легко предоставила ему огромный объём данных, из-за которых все главы союза страдали от недельного недосыпа. Наши лидеры денно и нощно изучали полученное, но не смогли осилить даже трети.
Пока брат и его ближники изучали наших будущих врагов, мы изучали город, с удивлением рассматривая диковинных людей с севера. В отличие от порта на востоке, которым владеет мой тесть, здесь было куда разнообразнее и чудаковатее. Страны, которые торговали с нами через западное побережье, сильно отличались, как культурой, так и верованиями. Одежда, оружие, привычки и даже речь. Столько особенностей и отличий, что не хватало памяти запомнить их все.
Несколько дней подряд я посещал рынок, изучая и присматриваясь к торговцам и их охране, но не подходил ближе, стараясь держать расстояние. Приказ Реты был однозначным и никто не смел его нарушить. Мы могли изучать, смотреть, но разговаривать или, не дай бог, спровоцировать наших северных соседей — за это наказанием была клетка в пустыне.
Раздумывая о причинах подобного сурового решения, я понял, насколько же пожалел меня брат, когда я чуть не сорвал переговоры с кланом Собаку. Если подумать, то отправить меня подальше от лишних глаз пасти овец было наверное самым мягким решением, которое он только придумал.
Вообще, с момента присоединения к союзу клан Собаку сильно приуменьшился — практически втрое — а все сильные бойцы или сложили головы или сидят в тылу, как сама Айри и её подпевала Шамон.
Гуляя по городу Апоро — столице всего побережья и второму по величине городу в стране Ветра, я часто становился свидетелем работы семьи Хоки. Замотанные в плащи и маски с мордами демонов, ниндзя с опознавательными знаками могли забрать любого человека с улицы и никто не смел чинить им препятствий. Даже несмотря на подобный беспредел, представители других стран всё равно отправлялись в далёкое плавание, чтобы посетить Апоро.
По словам брата, портовый город — это предпоследняя цель в нашем объединительном походе. Как только мы избавимся от Шукаку, то сможем начать строить свою собственную деревню шиноби и будем жить там. Пока что это только планы, но я видел свет, горящий в глазах Рето, и верил его словам.
Так незаметно прошло время и я неожиданно для себя отметил шестнадцатый день рождения. Скромно и тихо, в кругу братьев и ближайших товарищей. Время пролетело так быстро, ещё недавно я готовился сражаться с племенем Умея, а теперь их глава сидит с нами за одним столом и вкушает нашу еду. Страна Ветра сильно изменилась и не многие смогли с этим свыкнуться.
Мирная жизнь вводила в диссонанс. Не только у меня, но и у многих других шиноби была похожая проблема. Приученные всю жизнь бояться представителей других семей и даже во время выполнения заказа или выпаса скота ожидать нападения, сейчас мы никак не могли расслабиться, когда эти самые члены других семей не нападают и выполняют работу вместе с нами.
Долго ли, коротко, но мы дождались ответа из Храма Ветра. Официальная религия, которая распространялась на весь континент и держала все остальные учения в ежовых рукавицах. Храмы Огня, Воды, Земли и Молнии были ведущими и в целом проповедовали то же самое учение, только меняя слова в нужных местах. В то время, как храмы поменьше могли и придумать что-то своё, но в пределах разумного, чтобы не навлечь гнев старших собратьев. Как бы эти монахи ни выставляли себя святыми и добродетельными, но каждый из них был таким же шиноби, только со своими, уникальными жреческими техниками.
Они освящали поля битв, изгоняли зло, благословляли на брак и деторождение. Обязанности и права монахов можно перечислять очень долго, а если вступить с кем-то из них в диалог на эту тему, это может затянуться на несколько недель. С виду безобидные, но служители храма Ветра смогли выжить в пустыне и отбиться ото всех налетчиков, защитив собственные земли — из чего следовало, что и воины они отличные.
Когда мой брат начал объединять пустыню, они одними из первых благословили его на правое дело и помогали успокаивать народ на захваченных территориях. И чем больше семей и племён собирал под своей рукой Рето, тем активнее шла поддержка и пропаганда со стороны храма Ветра. Никто бы не удивился, если бы монахи захотели пропихнуть одного из своих людей в свиту брата.
Принёсший ответ посланник был классическим монахом, насколько только можно представить. Скромные одежды в цветах храма — белого и фиолетового — были потёрты и явно не первой свежести. Многочисленные заплатки намекали, что его обладатель давненько носит его на своих плечах, хотя стоило увидеть лицо монаха, я вообще удивился, как он дожил до своих лет.
