Рациональность Бланш диктовала, что девчонку все же стоит взять живьем, ибо ее тело можно изучить. В водной среде она доказала свою некомпетенцию, когда данная особь могла не просто передвигаться, а жить под водой, причем соленой.
Роан задумалась, стоя над пронзенным трупом шиноби. Ее минутная заминка позволила гостям войти в светлое помещение лаборатории.
— Ку-ку-ку, какая встреча. Амачи, как погляжу твои эксперименты все еще далеки от идеала.
Голос Орочимару был не таким, каким она помнила в последнюю их встречу. Молодой с редкими шипящими нотками. Странно было воспринимать его таким, но чакра не могла врать, это был он. Бланш спокойно повернулась лицом к белокожему, удивляясь внешнему виду санина.
— Хех. Вы все-таки сменили сосуд. Прочем, что еще можно было от вас ожидать.
Чрезмерно дерзкий тон Наруто, вместе с подобной конструкцией слов удивили санина. По-своему она была вежлива с ним всегда, даже в период их первой стычки. Сейчас ее голос звучал уж очень раздражающе, на что санин не мог не ответить прищуром.
— А ты изменилась.
Его голос стал ниже и более угрожающим. От мужчины повеяло не скрытой жаждой убийства, что проняла даже знавшего вдоль и поперек это чувство Кабуто.
— Интересно, который раз мне это говорят.
Роан злобно качнула хвостом, что тот на злобу дня снес еще пару колб. При виде этой картины стоящий в дверном проходе Амачи скривился в жалобном недоумении. Ученому хватило мозга, чтобы понять кто перед ним, а точнее что перед этим шиноби не стоит показывать свою гордость, а терпеть-терпеть-терпеть, ибо даже сам Орочимару проглотил дерзость.
— Не хотите ли объясниться, почему это мой «дорогой учитель» сбежал с поля боя, оставив меня одну наедине с четырьмя легендарными ниндзя?
Бланш раздраженно сложила руки на груди, всем видом показывая свое недовольство, что в большей степени было наиграно. Роан было откровенно плевать на трусость змея и его «отступление». Но отыграть обиду стоило, а то еще же Змей мог попытаться взаимодействовать с ней на бесплатной основе, а стребовать с него что-нибудь Роан ой как хотелось. Как раз и повод нашелся сам по себе.
— Прости, но у меня самого в тот момент не было сил противостоять Минато. Твой отец – шиноби высшего ранга не из-за природной предрасположенности или же кеккей генкай, а из-за его исключительной техники и мастерства. В том состоянии я не смог бы с ним сражаться.
Змей отзеркалил стойку Роан, качнув рукой, жестом говоря: «Твоя претензия глупа». Бланш лицезрея это улыбалась, ибо Орочимару по-настоящему пытался сбавить градус недовольства, чтобы не начать бой. Зная насколько этот человек тщеславен, Роан по-настоящему была поражена его снисходительностью.
— Я признаю рациональность вашего решения, но сие не меняет факт. Впрочем, не думаю, что стоит развивать конфликт. Я бы хотела предложить вам сотрудничество, но сейчас слишком занята своими проблемами, поэтому если вы того желаете, то я свяжусь с вами как-нибудь в другой раз.
Роан сделала шаг назад в словесной борьбе, ибо переговоры с санином – это сплошное минное поле, то что ей удалось пройти десяток шагов вперед из тысячи и не задеть хотя бы одну – уже большая удача. Девушка достала небольшой кинжал с высеченными гравюрами фуиндзюцу. Этот кинжал был своего рода постоянным маяком. Он поглощал природную чакру и подпитывал ей энергетическую точку, являющуюся якорем для хирайшина.
— Если хотите, я могу вам дать этот кинжал, являющийся моим маяком. Когда придет время, я навещу вас.
Орочимару подозрительно окинул обычный на вид обоюдно заточенный нож с красивой гравюрой из символов. В нем чувствовалась сильная природная энергия и тонкая работа чакрой. Был ли это «маяк» или же бомба змей не знал, так как не был шибко сведущ в подобного рода фуинпечатях. Откровенно говоря, принимать такой подарок не хотелось, но и делать ее врагом тоже. Змей кивнув головой Кабуто, не желая подставлять это хлипкое тело под удар, а помощник с явно скрытым недовольством осторожно приблизился к Роан, забирая из ее рук кинжал.
Бланш победно ухмыльнулась под шлемом, не выдавая жестами ни капли эмоций. Даже ее хвост перестал биться из стороны в сторону, когда она решила говорить спокойно с Орочимару.
— Не прощаюсь.
Девушка исчезла в пурпурной вспышке молний, покидая столь скользкую компанию. Кабуто ощутимо расслабил плечи, но все еще чрезмерно осторожно держа в руках этот кинжал.
— И вы ей доверяете?
Задал он вопрос, критически осматривая лезвие, на что получил категорический ответ санина:
— Нет. Но будет глупостью не использовать такого человека.
Змей растянул свои губы в усмешку, продолжив путь на поверхность. Здесь ему больше было нечего делать.
