Луч испепелил ядро Сусано, а поглощенная энергия в зеркале создало ударную волну, выбравшись из заточения странного артефакта.
— Какая жалкая концовка для такого оружия. Если бы я добрался до тебя раньше…
В голосе Рохана чувствовалось искреннее сожаление. Сусано мог бы дать ему новый прорыв в исследованиях, но все закончилось очень и очень нежеланно. Впрочем, это был не последний повод, заставивший Рохана почувствовать грусть.
Странное предчувствие заставило мужчину взглянуть на окружение чужими глазами, а точнее подключиться к Шурадо. Предчувствие Бланш не подвело, картина перед ним развернулась весьма неприятная. Киборг был также потрепан, как Вулкан, может быть еще хуже. Ему противостоял мужчина в серебряной демонической броне. В мастерстве и ловкости Булат легко обходил киборга, даже вооружение не помогло Шурадо одержать уверенной победы. Торчащее копье из груди, оторванные шесть руки и удушающий захват рук в серебряных доспехах с намерением оторвать голову. Смотреть на это было неприятно.
— Что же, тебе я быстро найду замену.
Сложив печать овцы, Рохан сделал один импульс чакры с весьма простым и красноречивым посылом.
— Взрыв.
Ядро Шурадо стало быстро собирать в себе всю имеющуюся чакру. Развороченная железная грудина раскалялась с небывалой скоросью. Булат ощутил чудовищную опасность, но его тело оказалось в плену вылезших неоткуда деревянных змей, пленивших его руки и ноги. Мужчина не мог бежать и его конец был близок. Ядро Шурадо стало испускать яростный свет белого пламени прежде чем взорваться. Красочный взрыв сотряс небольшую часть западного квартала, где происходила стычка между киборгом и воином.
Используя Хирайшин, Рохан перенесся к раскуроченным остатками Шурадо, а также разорванного и опаленного тела Булата. От киборга остались частицы ног и ступней, впрочем, этого было вполне достаточно для пути Нараки. Сложив молебную печать, Рохан испустил мощный импульс чакры, призывая Короля Ада. Из марева фиолетового огня, словно из глубин Ада, появилась страшающая голова статуи с светящимися глазами риннегана. Раскрыв свою пасть, оно явило раздвоенный язык, на каждом конце имелась ладонь из фиолетово-багряной плоти.
Подхватив остатки киборга, Король Ада втянул их в свою пасть, став методично пережевывать. Сильный отток чакры теперь был не так заметен для Рохана, как прежде. Отпустив печать, зная что Король Ада исчезнет, как только закончит восстанавливать Шурадо, брюнет подошел к располовиненному телу мертвого воина. Картина была крайне неприятной. Руки, находившиемя на шее Шурадо разорвало на составные части. Ладони с оторванными фалангами пальцев, предплечья и плечи валялись возле его тела на метровом отдалении. Взрыв их не посчадил, оставив лишь обугленные напоминания.
Нижней части тела не было видно вообще, лишь вывалившиеся потроха, поджаренные пламенем Шурадо. Развороченная грудина с остатками зеленой металлической брони, которую тот носил постоянно под плащом и обугленная голова. Ни волос, ни черт лица, лишь белый череп с красными остатками плоти и черной копотью и обделённостью. Рядом с остатками тела валялся не менее потрепанный меч-ключ Инкруцио. Его лезвие покрылось множеством сколов, а на самом метали были видны трещины. Даже алый глаз с крестом зрачка треснул, но энергия в нем до сих пор чувствовалась.
Подобрав серебряный меч, Рохан отправил его в пространственный карман. Из пасти Короля Ада вышел вполне целый Шурадо в полном боевом облачении. Брюнет усмехнулся, окидывая взглядом разрушения округи. Все это было сделано его стараниями. Гули продолжали бегать по округе, это было слышно по нечеловеческим воплям, что заглушали крики людей. Шквалы выстрелов автоматов и поднимающиеся в небеса столбы черного дыма. Это было начало революции.
Вернувшись в штаб-квартиру, члены Ночного Рейда находились в весьма подавленном расположении духа. По пути они смогли обменяться «новостями», а точнее стратегической информацией. Исчезновение генерала Эсдес и появление странных антропоморфных, ужасно агрессивных монстров, меркли на фоне «предательства» группы «Гедо».
Если смотреть на сложившуюся ситуацию без отголосков платонических отношений, без предвзятости стратегического планирования и доверия Надженды, без страха перед Роан, то группа «Гедо» вела себя действительно странно после заключения условного мира, а их деяния до «мира» вообще можно рассматривать, как контрреволюционные, что делало из них врагов.
