Памелу и Даниэла соединила горячая юная страсть. Потом они расстались и не виделись четыре года… Но, расставшись почти врагами, при трагических обстоятельствах, они так и не смогли забыть друг друга. Вот только не знали, что за огонь продолжает пылать в их сердцах: любовь это или ненависть. И лишь тогда, когда Даниэл случайно узнает, что Памела выходит замуж, он понимает, что это за чувство.До свадьбы остается пять дней… Всего пять дней в распоряжении Даниэла, чтобы попытаться исправить ошибку, допущенную четыре года назад, и убедить Памелу, что их любовь не угасла…
Лифт медленно остановился, и его двери беззвучно раскрылись. Памела Джордан вышла в роскошное фойе отеля «Редженси», бегло осмотрелась и внезапно застыла от ужаса.
Теплая, довольная улыбка соскользнула с ее губ, лицо мертвенно побледнело. Блестящие изумрудные глаза потускнели и потемнели, а бледные щеки стали совсем белыми на фоне каштановых волос, окаймляющих овальное лицо.
Господи, только не это! — подумала она.
Пусть это будет иллюзией, фантазией, игрой света! Пусть то, что она увидела, окажется причудой ее ума, но ни в коем случае не реальностью!
Судьба не может быть такой жестокой. Она не может подстроить ей встречу с мужчиной, видеть которого она желала меньше всего на свете. Особенно сейчас, когда в ее жизни все так замечательно устроилось. Сейчас, когда покой и счастье казались так близко, что стоит протянуть руку и можно прикоснуться к ним.
Часто моргая, Памела пыталась разогнать туман перед глазами и заставить себя еще раз взглянуть на фигуру высокого, темноволосого мужчины, стоящего у стойки администратора. Ей стоило немалых усилий удержать на нем взгляд, не позволить глазам отвлечься.
Черт побери, она наверняка ошиблась. Это другой человек, который просто чем-то похож на него. Нет, судьба не может быть настолько безжалостной!
Но удача, похоже, не улыбалась ей сегодня. И второй, и третий взгляд лишь подтвердили, что мужчина, берущий ключ из рук девушки за стойкой, не кто иной, как Даниэл Грант, негодяй, который около четырех лет назад перевернул ее жизнь с ног на голову и спокойно ушел, оставив ее на груде обломков.
— Нет ли для меня писем?
Проклятье. Если у Памелы оставалось еще хоть малейшее сомнение, то глубокий, хрипловатый голос вмиг уничтожил его. Этот голос забыть невозможно. Невозможно стереть из памяти тот соблазнительный шепот в ночи, те нежные, предательские, лживые, дурманящие слова, которые произносились этим голосом…
— К сожалению, для вас ничего нет, мистер Грант.
А голосок этой милочки за стойкой, похоже, дрогнул, с циничной усмешкой подумала Памела. И сердечко небось затрепыхалось, как испуганная птичка в клетке. Она, бедняжка, и не подозревает, на что способна эта сияющая улыбка Даниэла Гранта. Эта проклятая улыбка за пять секунд покоряла сердца впечатлительных женщин. И они просто ложились под ноги этого негодяя, готовые отдать ему и тело, и душу.
Так же было и с тобой когда-то, горько упрекнула она себя. Ты была такой же доверчивой, влюбчивой глупышкой. Ты впустила его в свое сердце. И в свою постель. Позволила ему делать с тобой все, что он хотел…
Но это было и прошло!
Памела сделала сверхчеловеческое усилие, чтобы взять себя в руки. Что бы там ни было, а пора уносить отсюда ноги, как говорится, от греха подальше, пока Даниэл не заметил ее. Он как раз в этот момент повернулся, направляясь за носильщиком к лифту.
Паника и гнев боролись друг с другом в душе Памелы. Ее сердце бешено и сбивчиво колотилось. Щеки зарделись, дыхание стало прерывистым и неестественным.
А что, если он увидит ее?! Ради бога, только не это! Меньше всего ей нужна сейчас сцена в общественном месте. Памела принялась судорожно искать способ защититься, спрятать лицо.
На счастье, в ее руках была стопка бумаг. Молчаливо вознося благодарственную молитву всем тем бесконечным спискам, которые сегодня утром составила ее мать, Памела отвернулась, склонила над ними голову и принялась водить сверху вниз карандашом, делая вид, что проверяет их.
Остро, словно кошка, она почуяла тот момент, когда Даниэл прошел мимо нее. Запах дорогого, хорошо знакомого ей лосьона, его характерный смешок, прозвучавший в ответ на слова носильщика, твердая поступь шикарных кожаных туфель по плитке.
Но глубже, где-то на уровне инстинкта, его близость вызвала в ней хорошо знакомую дрожь, от которой крошечные волоски на шее стали дыбом. Мгновенная неприязнь, необъяснимо и шокирующе смешанная с физическим влечением, словно удар в низ живота, заставили ее оцепенеть. Она стояла, как окаменевшая, до тех пор, пока звук тихо закрывающейся двери лифта не дал ей понять, что он уехал. Слава богу! Памела с облегчением вздохнула, и ее плечи осели, избавляясь от напряжения. Она повернулась к двери. Черт, почему она задержалась здесь так долго? Если завтра ее матери взбредет в голову, что нужно сделать еще какие-то дела, пусть она занимается ими сама.
— Мисс Джордан! — послышался громкий голос. — Минуточку!
Памела остановилась. Это была Пола Барфут — администратор отеля. Высокая, элегантная женщина лет пятидесяти, одетая в строгий костюм. За последние несколько недель проблемы и желания семьи Джордан стали для Полы почти личными.
— Я рада, что поймала вас! Надеюсь, вам удалось управиться сегодня со всеми делами. Или нужна моя помощь?
— Нет, спасибо. Все замечательно, — заверила ее Памела. — Зал для церемонии будет выглядеть чудесно, и меню, которое вы предложили, просто идеально.
— Значит, к воскресенью все готово?
