Она распрощалась с новым знакомым и вошла в просторную, со вкусом отделанную комнату. Багаж уже стоял в углу. Закрыв дверь, она огляделась. По лицу скользнула улыбка. Номер Франклина соединялся с ее номером через смежную дверь.
Следующие полчаса она провела в ванной комнате, хорошо отдохнув. На сегодня Перри был забыт, как забыты Джулиан Лукан и этот ужасный шантажист Флайхман. Шейла вновь была счастлива.
Спустя сорок минут Жене Франклин сопровождал ее в переполненный обеденный зал. Прикосновение его теплой руки вызывало в ее теле сладострастную дрожь.
Обер-кельнер обслуживал их персонально. Стулья подвинуты, меню разложено.
– Может быть, аперитив, мистер Франклин?
– Как насчет мартини, Шейла?
– Именно этого мне и хочется.
– Два, – бросил Франклин и, когда кельнер отошел, снова обратился к Шейле:
– Как вы относитесь к дарам моря, Шейла?
– Прекрасно.
– Могу я вам их предложить? Здесь есть тушенные в пиве креветки. Звучит довольно экзотично, но по вкусу великолепны. Потом я предложил бы по порции бифштекса, а в заключение омаров и фаршированных мясом крабов.
– Просто чудесно.
Перед ними появились два мартини. Обер-кельнер принял заказ.
– На десерт, может быть, медовый бисквит или фруктовое ассорти?
– Нет, ничего сладкого. Вот ассорти – пожалуй.
– Для меня тоже, – сказал Франклин. – Медовый бисквит здесь великолепен. Может быть, хотя бы попробуете?
– Нет, нет. Я слежу за своим весом.
– Следите за своим весом? – спросил, улыбаясь, Франклин и внимательно посмотрел на нее. – Я полагаю, что вам следовало бы обратить внимание на другие вещи.
– О чем вы? Какие другие вещи? Его улыбка стала еще шире:
– Вы это знаете лучше меня, Шейла, не правда ли?
Ее беспокойство возрастало.
– Понятия не имею, что вы подразумеваете под другими вещами.
– Это пустяки, не столь важно, – ответил Жене и достал золотой портсигар. – Курите?
– Сейчас нет, благодарю. – Она стала потягивать мартини, посматривая на него. «Я полагаю, что вам следовало бы обратить внимание на другие вещи». Что за странный намек? Она пожала плечами.
– Я не знаю, как долго вы намереваетесь прожить в хижине вашего мужа, однако вам необходима соответствующая одежда от дождя и грязи. Вы захватили ее с собой?
– От непогоды?
– Река тут вышла из берегов. Кругом сплошная грязь.
– О! – протянула она. – Об этом я, конечно, не подумала. Обычно там жарко и солнечно, так ведь?
– Без сомнения, будет еще жарко и солнечно. Я слушал прогноз погоды. Дождь поутихнет завтра, но тем не менее вам понадобятся сапоги, джинсы и тому подобное. На другой стороне улицы есть хороший магазин. Если вы скажете, куда едете, вам посоветуют, что взять.
– Большое спасибо за информацию. Когда подали креветки, Шейла спросила:
– Чем вы занимаетесь, Жене?
– По профессии я юрисконсульт. Вам нравятся креветки?
– Креветки отличные. Юрисконсульт? Это звучит ужасно важно.
– Таким уж важным это не является.
– А теперь вы отправляетесь в отпуск?
– Не совсем. Я сочетаю приятное с полезным. Мне необходимо уладить некоторые вопросы с вашим мужем.
Шейла посмотрела на него с удивлением:
– С Перри?
– Да. Вероятно, вы знаете, что он и Силас С. Харт сейчас работают над новым фильмом. Я занимаюсь вопросами контракта.
По спине Шейлы побежали холодные мурашки.
– Силас С. Харт?
– Да. Вы почему-то выглядите растерянной. Мистер Харт мой самый крупный клиент.
– Этого я не знала. – Креветки уже не казались Шейле такими вкусными.
Снова этот паршивый Харт, подумала она. Именно он посадил ей на шею этого детектива-шантажиста. «Я полагаю, что вам следовало бы обратить внимание на другие вещи». Этот улыбающийся мужчина явно предостерегал ее. Иного объяснения этому намеку быть не могло. Мысль провести с ним ночь мгновенно исчезла из ее сознания. Даже если бы она выдала ему авансы, он не прореагировал бы на них, в этом Шейла была убеждена. Слава Богу, что ее еще раз миновал позорящий отказ.
Шейла отличалась стальной твердостью характера, которая в свое время приводила в отчаяние ее родителей. В определенные моменты она становилась строптивой и упрямой. Родители ее были мягкими людьми, они с большим терпением воспитывали Шейлу, что, впрочем, не принесло желаемых результатов. Она спорила с ними, устраивала сцены. Она любила браниться с Перри. Брань и споры, а потом примирение были для Шейлы тем, что делало ее жизнь интересной и возбуждающей.
– Перри отправился к себе в хижину, чтобы обрести вдохновение, – сказал Франклин, покончив с креветками. – Мистер Харт очень надеется на него.
– Могу себе представить. – В голосе Шейлы зазвучал резкий тон. – Мужчины, имеющие власть, всегда ждут чуда от своих подчиненных. – Она подняла голову и заметила в глазах Франклина, хотя он и продолжал улыбаться, вопросительное выражение.
Пока кельнер убирал со стола, беседа прервалась.
– Завтра утром мне предстоит решить пару деловых вопросов. А у вас будет время сделать необходимые покупки. Потом я предлагаю закусить перед дорогой. До хижины как-никак добрых семьдесят миль.
– Хорошо.
Стол снова сервировали.
– Выглядит неплохо? – спросил Франклин, глядя на свою тарелку.
– Да.
Они приступили к еде.
