К приезду Марьи Ивановны пса-гурмана было не узнать, он ел все, что ему давали, не проявляя ни малейших капризов. Наработанный навык был продемонстрирован, когда Жора встретил свою бывшую учительницу собственноручно приготовленным обедом. Сначала накрыл на стол и Марью Ивановну с дороги попотчевал, а потом прямо при ней накормил остатками ее «привередливого» пса. И Тор, который еще совсем недавно отказывался есть что-либо, кроме элитной дорогущей тушенки, с наслаждением умял и макароны, и салатик, и супа на курином бульоне похлебал. Жрет, за ушами трещит, и никаких деликатесов себе не требует.
– Жора, мальчик мой, да ты ведь великий педагог! Ты Макаренко! Сколько я тебе должна за помощь и за дрессуру? – Марья Ивановна с восхищением хлопала в ладоши, умиляясь на изменившегося питомца. – Я ведь думала, не осилю прокорм этого проглота, что кредит придется брать в банке, а теперь заживем! Рыба-то в магазинах недорогая, а если раз в неделю в порту брать, то и вовсе дешево выйдет.
– Ничего не нужно, Марья Ивановна, только если он у вас опять от рук отобьется, сразу звоните мне, – попросил Жора и покосился на Тора: воспринял тот угрозу или нет?
Судя по умной морде собаки – понял. Еще как!
Ни одно домашнее животное не прыгнет на стул во время обеда, если оно не абсолютно уверено, что может внести свою лепту в разговор.
– Дело было в июне две тысячи девятого года. В Михайловском театре исполнялся «Реквием» Джузеппе Верди. Не традиционное концертное исполнение, а самая настоящая театрализованная постановка, – рассказывала поэтесса Татьяна Лестева. – Хористы в белых балахонах со свечами в руках и венками, цветы на которых не вплетены по известному обычаю, а стоят на тонких ножках, прикрепленные к золотистому ободку. Окончив петь, хористы снимают венки и кладут их на сцену, которая сразу преображается в цветущую поляну.
На подиум поднимаются две солистки – колоратурное и меццо-сопрано, чтобы исполнить дивный по красоте дуэт «Agnus Dei». В это время легкий ветерок из-за кулис шевелит лепестки цветов. Льются божественные звуки дуэта. И тут из правой кулисы, как представитель света, медленно и торжественно выходит большой серый полосатый кот. Не выказывая ни малейшего страха, красавец меланхолично проходит по сцене и укладывается на середине, у края рампы, спиной к зрителям, ровно напротив подиума с солистками. Замирает, точно статуэтка, внимательно наблюдая за ними, и лишь роскошный хвост слабо подрагивает в такт мелодии.
Ветерок шевелит цветы, в зале раздаются смешки и перешептывания, кот недовольно подергивает ухом, солистки поют, кот слегка дирижирует хвостом. На последнем аккорде котище встает и, потянувшись и со значением подняв пушистый, похожий на плюмаж хвост, торжественно покидает сцену. Зал разражается аплодисментами. На крики «браво» на сцену возвращаются обе солистки. И только таинственный дирижер почему-то так и не вышел на поклон.
Ваша собака всегда находится не по ту сторону двери.
– Этот пес уже отжил свое, сделай милость, усыпи его, всем станет легче.
Муж с самого утра завел свою любимую пластинку. Ну да, он, конечно, прав. Несмотря на все старания Надежды, в доме все равно пованивает мочой, хотя, казалось бы, хлорки на уборку она не жалеет, но недержание, да еще и у такой большой собаки, как золотистый ретривер… Приходится признать, она не справляется, хотя вроде как подчищает за Чарли каждую упавшую каплю; но, возможно, так пахнет шерсть, не будешь же каждый день мыть такого «теленка» с шампунем, а потом высушивать феном. С другой стороны, пес, конечно, старый, а муж новый. Чарли она уже скоро пятнадцать лет как знает, он всех ее кавалеров, которые еще до мужа были, отлично помнил, кого-то принимал, на кого-то рычал. Золотистых ретриверов не случайно называют «собаки-ангелы», оберегал свою девочку как мог, а теперь она должна одобрить его ликвидацию. Не потому, что он сошел с ума и сделался опасен для общества, а просто потому, что Дима так сказал. Чарли она знает пятнадцать лет, а Диму меньше года. С другой стороны, ну скажет она ему, что ни за что на свете не позволит усыпить Чарли, Дима соберет чемодан и уйдет, а Чарли, может быть, после этого проживет всего неделю, и что дальше? Останется она и без мужа, и без собаки, а часики тикают…
Надя взяла мобильник, нашла в телефонной книге контакт ветклиники, куда обычно они обращались, и набрала номер.
Вечером Надя легла спать, не дожидаясь Димы, да тот после утреннего разговора вполне мог и не явиться: такой вспыльчивый, чуть что не по нему, и сразу уходит к друзьям, а может, и не к друзьям. Не станешь же частного детектива нанимать, чтобы за непутевым мужем следил. Но едва она начала засыпать, как была разбужена телефонным звонком.
