Оставаясь на сцене и вызывая на выступление то одного, то другого автора, я не сводила взгляда со шпица, но тот был спокоен и интеллигентен. Он внимательно послушал афоризмы, уснул на отрывке из поэмы, проснулся, когда на сцену вышел гитарист. Приближалась очередь Саши, я смотрела на собаку в зале, предвкушая недоброе. Все-таки одно дело – сидеть на коленях любимой хозяйки и совсем другое – остаться в одиночестве.
Но Саша поступила мудро: когда прозвучало ее имя, она просто спустила шпица с рук, и вместе они вышли на сцену. В конце своего выступления она представила зрителям четвероногого спутника. Так я узнала, что шпица зовут Филипп.
Прошло сколько-то времени, Саша Ирбе пригласила меня на свой творческий вечер в клубе «Старая Вена». Мы встретились на Гороховой перед входом. На руках у Саши был мой знакомый Филипп.
После слов приветствия и моих запоздалых комплиментов прекрасно воспитанному песику Саша вдруг неожиданно спросила:
– Хотите подержать?
Разумеется, я не могла и не собиралась отказываться. Когда еще предложат? Филипп оказался не тяжелым, во всяком случае, не многим тяжелее моего кота. Просто густая шубка делала этого апельсинчика на ножках зрительно больше и толще, чем он был на самом деле.
Кстати о шубке: шерсть оказалась толще и жёстче, чем у кота, кроме того, от пса исходил чуть уловимый предсказуемо собачий запах. Я, как кошатница, это моментально заметила; непривычно, но собачники, скорее всего, вообще не обратили бы внимания, так же, как и я не среагировала бы на кошачий запах.
Разговаривая с Сашей и с подошедшими знакомцами, я старалась держать Филиппа таким образом, чтобы он все время видел свою хозяйку. Не знаю, правильно ли я делала, но если бы это был кот, он, скорее всего, начал бы беспокоиться, принудь я его смотреть в другую сторону. Мне казалось, что я поступаю правильно, во всяком случае, после того как я представила Филиппа как большого, пушистого, рыжего кота, мне самой стало значительно удобнее с ним.
Если бы это был кот в такой шикарной шубе, ему стало бы жарко, поэтому, обнимая шпица, я старалась не прижимать его слишком сильно. Главное, чтобы малыш чувствовал мою надежность и при этом все время видел свою мамочку.
Вокруг туда-сюда сновали люди, ездили машины, дворники крепили на подъемник мусорные баки.
Неожиданно буквально в двух метрах от нашей компании раздался грохот. Один из баков свалился с машины и упал на мостовую.
Понимая, что напуганный песик сейчас вырвется и убежит от меня, и тогда его придется искать, и еще неизвестно, что произойдет, я со всей силы сжала его в объятиях. Да, окажись в такой ситуации любой из моих котов, я была бы порезана в вермишель. И не потому, что они злые, просто куда против инстинкта попрешь?
Филипп задрожал, но даже не дернулся. Вот это дрессура!
После происшествия я вернула красавца Саше, и все вместе мы поднялись на второй этаж.
«Старая Вена» – мини-отель, основанный на месте, где в начале ХХ века располагался знаменитый ресторан с тем же названием. С той только разницей, что ресторан находился на первом этаже, а мини-отель – на втором.
Выступления проходят в красивой гостиной, сцены или какого-то подиума нет, так как в обычные дни в этом помещении трапезничают постояльцы. То есть выступающий находится в непосредственной близости от расставленных по залу столов, стульев и кресел. И если Филипп решит прогуляться во время часового выступления или заснет под каким-нибудь столом, ему могут нечаянно наступить на лапу.
Меж тем все происходило ровно так, как я себе представляла: после короткой преамбулы Саша поднялась со своего места и начала читать стихи. Филипп, который сначала расположился у ног своей хозяйки, быстро понял, что лежать на полу неинтересно, и отправился обследовать новое помещение. Я с тревогой смотрела на очаровательного пса, заранее переживая за его здоровье. Народу на стихотворчество Ирбе пришло много, нежные лапки и пушистый хвостик были в опасности.
Песик обвел зал скучающим взором и, обнаружив меня, возможно, единственного знакомого здесь человека, вильнул хвостиком. Все-таки теперь мы были официально представлены друг другу, и он мне доверял. Я поймала на себе его взгляд и бесшумно похлопала себя по коленкам – он должен знать этот жест, – приглашая малыша на ручки, точнее на ножки. Филипп степенно подошел ко мне, поставил передние лапы мне на колени. Вопросительный взгляд глаза в глаза – должно быть, спрашивал разрешения, а заодно проверял, понимаю ли я сама язык жестов. Как раз это мне было понятно. Коты тоже так поступают. Новое похлопывание – хорошо, что в этот раз я была в джинсах, – и песик удобно устроился на коленях завзятой кошатницы.
