– Как ты узнала, где меня найти? – спросила Аня, схватив фартук и повязывая на себя. Хоть как-то закроет пятно на футболке.
– Ты оформляла сады нескольким моим рублевским подружкам. А твой муж отстаивал их юридические интересы. Это было легко.
Она уселась на высокий крутящийся табурет у барной стойки. Поставила локти на столешницу, лицо опустила на сжатые кулаки и принялась рассматривать Аню. Делала это открыто. Можно даже сказать, демонстративно. Хотела смутить. Но Аня смогла сохранить невозмутимость. Включив чайник, она вернулась к нарезке овощей.
Ева была не только соперницей. Еще и той, для кого Аня оставалась рванью из коммуналки. Иначе, как чмошницей, сестрица ее не называла. Все встречи двух внучек Элеоноры Георгиевны заканчивались скандалом. И Ева такими помоями обливала Аню, что та потом неделями отмывалась.
Сейчас же она вела себя прилично. И это настораживало больше.
– Какой чай заварить? – поинтересовалась Аня, когда вода закипела.
– Черный.
– У нас много сортов. Выбери сама. – Она достала с полки деревянную шкатулку с настоящей коллекцией разнообразных чаев. Набор этот стоил дорого и был куплен специально для гостей. Сами Моисеевы пили обычный «Ахмад», заваривая его в ситечках.
Ева пробежала пальчиками по мини-упаковкам, вынула из коробки одну из них. Аня налила кипяток в чашку, которую поставила перед гостьей.
– Мне, наверное, нужно для начала извиниться, – проговорила Ева, поболтав пакетиком в кипятке.
– За что?
– За все. Я вела себя с тобой как настоящая сука.
– Только со мной? – усмехнулась Аня. Она чувствовала себя все более уверенной. Бесспорно, она не так красива и сексуальна, как Ева. У нее нет ни стиля, ни грации. Она не звезда. Но сейчас Аня готовит ужин любимому папочке. У нее муж и двое детей. А Ева одна-одинешенька. Да, у нее куча поклонников и жив отец, но всем им нет до нее никакого дела. Даже Батыр, парень, рассмотревший в этой суке нечто хорошее, бросил ее. Об этом Аня узнала, подслушав сплетни тех самых рублевских подружек.
– Ты понимаешь, о чем я.
– Если об оскорблениях, которыми ты меня осыпала, то это дела давно минувших дней.
– Я мужа у тебя увести пыталась, – напомнила Ева.
– Но не увела же, – беспечно пожала плечами Аня. Как будто ее это совершенно не трогало. – Мой муж – лакомый кусочек. На него рот кто только не разевает.
– То есть ты на меня зла не держишь?
– Честно говоря, я о тебе даже не вспоминала все эти годы, – соврала она.
Ева не поверила. Скорчила саркастическую гримаску и принялась за чай. Он еще не остыл, поэтому ей дался только один глоток.
– Зачем ты пришла? – спросила Аня, сбросив овощи в салатник. Хорошо, что разговор велся за готовкой, и она знала, куда деть руки и на что посмотреть. Стопроцентную уверенность в себе пока обрести не получалось.
– Есть предложение.
– Какое?
– Помнишь день, когда мы в кабинете следователя Головина делили бабкино наследство?
– Не мы – вы.
– Пусть так. Ты нашла фамильные драгоценности, которые старая ведьма завещала нам, своим потомкам. Тебе большую их часть. А главное – фамильный гарнитур. Нам – по одной вещи на выбор.
– И ты чуть не подралась с Петром из-за колье Шаховских. Но вынуждена была взять другое, кажется, с рубиновыми розами.
– Вот оно, – сказала Ева и, расстегнув сумочку, достала украшение.
– Ты носишь такую дорогущую вещь с собой?
– Никто же не знает, что она со мной, – пожала плечами Ева и разложила колье на салфетке. От украшения невозможно было отвести взгляд: затейливое, яркое. И стоило как квартира. А может, и две.
– А если сумку вырвут?
– Мне по жизни везло, меня ни разу не грабили. Но на всякий случай я его застраховала. Как и многие антикварные вещи, которыми я владею.
– Зачем ты привезла колье? – Аня сняла крышку с кастрюли, потыкала сердечки вилкой.
– Хочу обменять его.
– На фамильное, конечно же?
– Не угадала. Даже если бы ты мне его отдала, не взяла бы.
– Лукавишь.
– Можешь не верить, но я честна. Из-за него столько моих нервных клеток погибло, что оно мне отвратительно. А еще в него был вправлен камень, из-за которого убили моего брата.
– Тогда на что бы ты хотела обменять свое колье?
– На диадему. Помню, была такая среди бабкиных цацек. Скромненькая, даже скучная. И камни в ней небольшие. Поэтому я выбрала сногсшибательное колье. Но мой стиль изменился, если ты заметила.
– О да, теперь ты элегантна и сдержанна.
– Спасибо, я к этому и стремилась. Но, когда добилась нужного результата, оказалось, что моему новому имиджу имеющиеся украшения не соответствуют. Гардероб, прическа, макияж, это мелочи. Поменять все это нетрудно. Даже машину! Я сменила и ее. Отказалась от агрессивных черных внедорожников и пересела на элегантный седан. С украшениями дела обстоят хуже.
– Почему?
