Он перебивает меня, оказывается совсем близко. Сначала коротко, но твердо сжимает мои плечи. Потом пальцы правой руки мужчины оказываются на моем подбородке. Макс поднимает мое лицо себе навстречу.
— Почему ты уехала, не нашла меня?
На этих словах я тоже чувствую прилив возмущения.
— А причин недостаточно? Я должна была бегать за тобой? Я всего лишь забрала дочь и вернулась в Питер. Потом Майя предложила мне переезд. Я согласилась.
Макс гладит кожу под моей губой. Его взгляд мечется от губ до моих глаз.
— Ты поменяла номер. По адресу, что дала мне твоя сестра, никто не открывал. Позже мне сказали, ты съехала. Я почувствовал себя преследователем, решил — у тебя кто-то есть. А я не самый лучший претендент на создание нормальной семьи.
Качаю головой. Его искренние слова пробирают до мурашек. Боже, если бы я знала его эмоции! Хочу сказать, что он лучший мужчина на свете. Но Шарапов сам нарушает тишину.
— Когда я увидел тебя здесь, меня накрыло. Я понял, что не могу упустить тебя на этот раз. Дать исчезнуть из моего поля зрения.
Он еще раз усмехается, уже мягче.
— Макс… — произношу его имя на выдохе.
Мои губы размыкаются, и он пользуется этим моментом. Кажется, в саму мою душу врывается что-то горячее. Но нет, всего лишь мой рот захвачен в плен. В ловушку сильных, порывистых ласк. Шарапову даже не нужен мой отклик — скорее всего, он об этом и не думает. Мужчина вообще словно обезумел. У меня слабеют лодыжки от его напора. Но капля за каплей я наполняюсь той же страстью. Она дает сил.
Какой он вкусный, господи! Это лучшее, что я чувствовала в жизни. Я принимаю его все глубже, хочу впитать. Желаю продлить этот момент, растянуть на еще одну реальность. Прожить параллельную жизнь в поцелуе с ним. Где нет ничего, что способно нам помешать. Только чувствовать его жар, нежность, уколы щетины и жесткие пряди волос под своими пальцами. Тепло его сильной груди и удары сердца.
— Максим…
Сказать это имя мне хочется больше, чем сделать глоток кислорода. Я повторяла бы его снова и снова, прямо как в дурацких романтических фильмах. Мои спесь, гордость и независимость разлетаются в прах. Мозг одновременно отключается и, наконец, встает на место. Минуты нашей горячей и такой невинной близости пролетают как кометы.
— Таня.
Я тоже слышу звук своего имени. Короткий, резкий. И такими же отрывистыми поцелуями Максим покрывает мое лицо. Дает перевести дух, но все, что я хочу — надышаться им. Скольжу пальцами по плечам мужчины, легонько впиваясь. Он не хочет меня отпускать, я тоже. Причем в самом конкретном смысле в этот момент. Не могу сопротивляться этому желанию, прижимаюсь щекой к его груди. Макс обнимает меня, впутывает пальцы в волосы.
— Еще раз прости, что обидел тебя, когда узнал о Максимке, — негромко просит Шарапов, — просто именно тогда я понял, как ошибался. Ведь я вполне рассматривал вариант, что тебе никто не нужен после развода. На долгую перспективу.
— У меня тоже был такой вариант, — выдыхаю, — так что не слишком ты ошибался.
Он прижимает меня крепче, и я даю себе еще несколько минут блаженства.
— Я рад, что мы нормально поговорили, Таня, — признается тем временем Макс, — теперь между нами все предельно понятно, и нет никаких «вариантов».
Да, кроме того, который подозрительно притих в детской… Отстраняюсь от самой уютной груди в мире. Пришел момент всё прояснить окончательно. Я просто не имею права больше скрывать.
— Максим, я должна сказать тебе еще кое-что. Не знаю, как ты отреагируешь… Но просто знай, я никогда не желала тебе зла и не держала обиду…
Уф, как мягко сейчас не постели, не будет толку. Только жарче полыхнет на этой соломке. Я набираю кислород… И крупно вздрагиваю от звонка телефона. Но Шарапов сбрасывает.
— Да, Таня.
Киваю сама себе.
— Мой сын, Максимка, он и…
— Вот черт, сейчас.
Мобильный Макса тренькает смс, и при взгляде на него он набирает номер.
— Да, Майя, что там за ЧП? Что?! Вы там с ума посходили?!
Шарапов крайне изумлен.
— Что произошло? — я тоже начинаю тревожиться.
Макс качает головой.
— В отель заселили человека без документов. У него оказались проблемы с законом, теперь там полно полиции. Я должен ехать, Танюш. Оставайся здесь с детьми, пожалуйста. Мы еще обо всем поговорим.
Меня охватывает дрожь.
— Макс, но…
— Всё потом.
Он стремительно подходит, а после медленно касается губами моей щеки.
— Теперь ты никуда от меня не денешься.
Шарапов подмигивает и уносится из особняка. А я обнимаю себя руками. Нет, как бы мне не хотелось продлить эту внезапно обрушившуюся сказку, я скажу ему правду, как только он вернется.
Но Макс не появляется даже утром. Я ждала его до поздней ночи, думала, совсем не засну. Но организм после сильных эмоций все же сдался, я вырубилась и проспала довольно долго. Открыла глаза только когда сын совсем раскряхтелся. Ух, еще немного, и Марька прогуляет школу!
