Я думала, что лимит потрясений на сегодняшний день был исчерпан, но ошиблась. Не успели мы даже оторваться от поверхности, как странный сигнал пронесся по кораблю, и голос Артезии велел нам направиться в медотсек. Когда мы перемещали раненых сюда, я не обратила внимание, что в капсулах для клонирования кто-то находится. На одной из них вспыхивала лампочка, сигнализирующая, видимо, о том, что клон активирован. Странно было видеть сквозь прозрачное стекло, что в капсуле находится обнаженный парень, чья красота выдавала в нем эльфийские корни. А во второй была девушка, которая… Я протерла глаза, чтобы убрать наваждение, но тщетно.
- Ага, - заметила Алексанада, - теперь я понимаю, почему Стазио так посмотрел на тебя тогда.
Стазио был тем арахнидом, который потерял сознание после боя и которого мы поместили здесь же для исцеления. Голос Артезии в этот момент пояснил нам, что перед нами были человеческие клоны его и той арахнидки, которая умерла. Умерла насовсем, как я поняла. А вот Стазио воскрес в облике человека, и это было за пределами моего понимания. Лампочка на капсуле перестала мигать, створки ее раскрылись, и юноша встал со своего ложа, совершенно не стесняясь своей наготы. Наверное, у арахнидов подобное понятие отсутствовало совсем.
- Как тебя зовут? – спросил он меня мысленно, не обращая на Ника и Алексанаду никакого внимания. – Я Стазио.
- Я это знаю. Артезия уже сказала. Меня зовут Агнесса.
Под его взглядом мне стало как-то не по себе. Никто в моей недолгой жизни так не смотрел на меня.
- Вы так похожи, - продолжил между тем Стазио. – Даже имена. Агнита сказала, чтобы я позаботился о тебе.
Я поняла, что он говорит о своей умершей подруге. Королеве марсианских арахнидов из будущего.
Возникшую неловкую паузу нарушила Артезия, открыв один из ящиков возле капсулы, в нем оказалась мужская одежда, в которую облачился Стазио. Мне показалось, что он это проделал впервые в жизни, поскольку ему пришлось воспользоваться помощью Ника. Похоже, мелькнула у меня мысль, ему многое придется проделывать в ближайшее время в первый раз.
Проходя мимо резервуара с драко, он кивком указал на него, совсем, как это делают люди, и спросил:
- Что вы собираетесь с ним делать?
- Допросим с пристрастием. Мы должны узнать планы драко и много чего еще, - ответил Ник.
- Он очень опасен.
- Не беспокойся. Мы тоже не лыком шиты… И знаем, как взломать его разум, - у нас есть средства, чтобы не потерять контроль над ним.
- Я знаю кое-что о них, - заметил Стазио. – И хотел бы присутствовать при допросе.
Алексанада не без удивления посмотрела на юношу.
- Хорошо, мы возьмем тебя с собой.
Стазио между тем посмотрел на свое тело, восстанавливающееся в соседнем резервуаре.
- Я еще вернусь в тебя, - сказал он ему и направился в рубку управления, хотя полет полностью был под контролем Артезии.
Наверное, подумала я, ему просто любопытно, и он хочет посмотреть на Марс сверху и на те картины его, которые проплывали под нами.
Сама же я спросила у членов нашей команды относительно арахнидов:
- Почему о существовании такой могучей и прекрасной душевной расы и возможных союзников мне приходится узнавать лично?
- Задай этот вопрос Иббуну, - посоветовал Ник.
- Ты думаешь, что этот идиот сможет ответить что-то внятное, - усмехнулась Алексанада. - Мне лично кажется, что здесь присутствует намеренная диверсия.
Вспомнив обнаруженных врилов в телах Юнито и его помощников, я кивнула и сказала.
- Этот гадюшник, в который превратилась миссия Федерации на Марсе, давно нужно почистить. Меня совсем не удивляет напряженная обстановка, которая сложилась на планете. Кто-то очень искусно этим манипулировал.
- Я даже знаю, кто, - заметила Алексанада. – И одна из этих тварей скоро ответит на все наши вопросы. Только нужно будет сделать так, чтобы ни этот болван Иббун, ни кто-то еще нам не помешал нам при допросе.
Ее глаза при этих словах так блеснули, что я не позавидовала бы любому, кто встал бы на ее пути.
К сожалению, нам пришлось согласиться на то, чтобы на допросе присутствовал Альвато. Он усмехнулся, когда я попросила его позволить осмотреть его глаза. Никаких признаков того, что через них в него мог проникнуть паразит, не было. Как и у Иббуна. У него мы даже не стали спрашивать разрешения, Алексанада просто ввела его в транс, когда мы остались наедине. После чего отправились в комнату для допросов при миссии.
Я не буду описывать сам допрос и технические детали, которые его сопровождали. Это было сочетание гипноза, психотропных средств и ментального воздействия. Скажу лишь, что в конце его сознание едва не вышло из-под нашего контроля, и лишь ценой невероятных усилий нам удалось его усмирить, точнее, точнее, убить его окончательно. И это мне крайне не понравилось. В дополнении к тому, что мы узнали.
