Что касается моей личной жизни... Ну, что о ней рассказывать, ее не было вообще, как таковой. Хотя мать безуспешно пыталась найти для меня замену Стазио, присылая время от времени на нашу миссию на Земле «кандидатов» в суженые, но я на них даже смотреть не желала.
Через год после событий на Тиамат я улетела на Тайгету, где родила Анастасию, и уже с ней вернулась на Землю спустя несколько лет.
Сама Изабель спустя некоторое время после того, как была установлена матрица и эфирное ограждение для рептилий на Земле, покинула ее и вернулась навсегда на Тайгету, я же оставалась здесь, на своей Октавии. Я верила, что Стазио жив, иначе он давно должен был бы вернуться в свой клон, и что ему удастся вырваться из ловушки в логове драко, хотя большинство из моих знакомых давно перестали на это надеяться.
Один раз я даже слетала на Марс, в пещеры на севере, где находилась одна из двух больших колоний арахнидов. Мы им помогали после катастрофы, чем могли – продовольствием, техникой, медикаментами. Вот только молодая королева – ее все также звали Агнитой – ничего не помнила. Ни Стазио, ни своих прежних жизней. После краткого пребывания в Истоке она начала новый цикл рождений на Марсе с нуля. Как и предсказывала сама.
Иногда к нам на Октавию захаживают Ник и Илеана и рассказывают о последних событиях внизу, куда они иногда спускаются, используя капсулы для погружения. Ни я, ни Анастасия этого не делаем – слишком опасно. В чем состоит опасность – тема для целой лекции, поэтому я лучше вернусь к началу рассказа.
Итак, 22 года пребывания молодой вдовой – это много или мало? Вот о чем я думала на следующее утро, нежась на кровати своей каюты на Октавии, когда услышала крик дочери, а следом лицезрела ее явление перед собой.
- Мама, - закричала она, увидев меня, - там в рубке появилось многорукое чудовище, и оно утверждает, что является моим отцом.
Остатки моего сна и сетований о нелегкой судьбе моментально улетучились, и я тут же отправилась мысленно в рубку.
Да, это был он, Стазио, в своем теле арахнида. Он мгновенно ощутил мое присутствие.
- Здравствуй, моя принцесса, - просто сказал он. – Я вернулся, как и обещал.
- Ты немножко припозднился, - заметила я. – Прошло 22 года, и, как видишь, наша дочь уже стала совсем взрослой.
- Прости, - он поднял переднюю пару вверх в качестве извинений, - для меня прошло лишь несколько месяцев. Драко отправили меня в такую дыру почти за пределами времени и пространства, что мне нелегко было оттуда выбраться. На Артезии в рабочем состоянии остались лишь синтезатор пищи и теплообогрев. Мне пришлось использовать для возвращения телепортацию. Каждый раз меня выбрасывало в другую временную линию. Как я не сошел с ума и как вообще выжил – даже не представляю. Когда-нибудь я расскажу тебе все, что пережил.
Он смотрел на меня так, что я сразу растаяла.
- Временной сдвиг, - прошептала я. – Конечно же, время в разных частях вселенной и временных линиях течет по-разному. А телепортация… Она не безошибочна. Вот почему мы, плеядеанцы, почти не пользуемся ею. – Потом я добавила: - Иди в мою каюту. Я познакомлю тебя с нашей дочерью. Ее зовут Анастасия.
Вторым потоком сознания я сказала дочери, что это действительно ее отец – и что он наконец вернулся из долгого пути. Третьим потоком я велела Октавии активировать камеру с клонированным человеческим телом Стазио.
Когда он вошел в каюту, я уже встала с постели и плакала. Я действительно рыдала, как маленькая девочка, потому что в душе я давно смирилась с тем, что он никогда не вернется, и говорила всем, что жду его, потому что негоже особе королевского рода с Плеяд сдаваться или выказывать слабости.
- Ну, что ты, маленькая моя, - произнес он, подходя и обнимая меня своими огромными лапами. – Все же хорошо, я вернулся, и теперь мы никогда не расстанемся. Ведь так?
- Да, - всхлипнула я в последний раз. Там, в прошлой жизни, он лишь однажды обнимал меня в теле арахнида, но сейчас это было так… трепетно, волнительно, чарующе… я не могу описать ощущение, которое я испытывала в этот момент. Его паучье сердце испускало столько любви и нежности, что оно буквально обжигало кожу на моей груди, пока лапы его бережно гладили мои волосы.
Анастасия на несколько секунд словно приросла к полу, наблюдая невиданную картину с участием ее родителей, потом резко сорвалась с места и убежала к себе.
Я не знаю, что Стазио сказал ей в этот момент параллельным потоком сознания, но когда она вышла к нам в следующий раз, она уже не пялилась на него, словно на что-то жуткое и экзотическое, а даже шутила, называла папочкой и пыталась расколоть на рассказы о своих приключениях.
И мой Стазио стал их рассказывать, а она хлопала глазами и охала, словно малое дитя, и, знаете, было от чего.
Единственное, о чем я жалею, - что Анастасия слишком мало провела времени со своим отцом. Да, он переселился в человеческое тело, а свою оболочку арахнида оставил в медотсеке на Октавии, думаю, просто, чтобы Анастасия иногда посматривала на его очертания сквозь прозрачные стены капсулы и вспоминала о нас.
