А затем наступает аттракция, которая нравится абсолютно всем детям. Мы занимаем места в навигационных креслах в рубке управления, и Артезия переходит в режим полета, якобы переходя в эфир. Конечно, путешествием в гиперпространстве сейчас не удивишь никого, кому больше пяти лет. Но вот «выходим» мы из эфира уже в другом времени и даже корабле. Сейчас мы уже на «Гордости Люции», все также на орбите Альбатроса, но в другом времени, атакуемые кораблями и станциями драко. Я слышу крики мальчишек, стреляющих по врагам, и визг девочек от попадания в наш корабль лучей того, что я называю Звездами Смерти. Мы знаем, что должны продержаться до времени, когда внизу будет уничтожена цитадель драко, которую сейчас штурмует группа Стэна.
Сейчас в будущем от этого момента там создан мемориальный комплекс, и каждый из туристов или паломников может пройтись по пути, которым прошла тогда команда освободителей, «вселившись» в любого из героев. Конечно, для детей существует другая версия и залы, лишенные наиболее жестоких сцен. Думаю, большинство из тех, чьим гидом я в данный момент являюсь, уже побывали или побывают в этом комплексе.
Когда на наших экранах мы видим взрыв цитадели, и голос искина говорит, что Стэн и Эстенция вернулись в свои тела, заключенные в камеры погружения, дети начинают хлопать в ладоши. Я улыбаюсь.
Наступает черед заключительной аттракции – лунного комплекса, в который мы переходим непосредственно из корабля, которым снова является Артезия. Тяговым лучом нас всех, одетых в скафандры высшей защиты, посылают на уровень, считающийся третьим лунным, с которого и начали свой путь Влад и его коммандос.
Кто-то из гуманоидных девочек заглядывает в мусоропроводный колодец, от которого пахнет нечистотами. Я никогда не понимала, зачем нужна полная реалистичность аттракции (иногда даже в ущерб правдивости), но начальству виднее.
- Вы предлагаете нам спуститься туда? – спрашивает девочка, согласно своей роли, которой она очень гордится, и вторая девочка отталкивает ее и говорит, что спускаться первой будет она, после чего скрывается в черном зеве колодца. Следом за ней туда же отправляемся и все мы. Мы проходим еще через несколько пустых, лишенных даже воздуха помещений, заваленных складов и коридоров, где в одном лишь чудом успеваем добежать до комнаты, когда потолок проваливается за нашими спинами. И еще в одном зале мы прыгаем по полуразрушенным мраморным плитам, едва не проваливаясь в провалы между ними.
А вот следующий зал является тем, ради посещения которого на Альбатрос прилетают настоящие ценители искусства со всей галактики. Его называют Залом Контрабандистов, и центральной картиной этой галереи является, естественно, «Гибель Творения». Я уверена, что это оригинал. Но когда меня спрашивают, каким образом эта и другие картины были извлечены из другой реальности в нашу, я отсылаю их поискать ответ в инфосети музея - его искины раскроют этот вопрос намного лучше меня и в доступной даже детям форме: технические вопросы взаимодействия между разными временными линиями меня никогда не привлекали, и единственное, что я могу сказать, - существуй оригинал любой из картин в нашей реальности, его просто невозможно было бы переместить из другой временной линии: в одной физической вселенной не может существовать двух абсолютно одинаковых вещей. Кроме того, в целях безопасности и сохранности картин этот Зал помещен в межпространственный карман, совмещенный с компьютерной симуляцией, так что не внести в него, не вынести ничего невозможно, и он имеет второй проход - в Зал Ожидания - для тех, кто прибыл просто посмотреть на картины. Но не спрашивайте меня о технических деталях - даже если бы я их знала, то все равно бы не рассказала - в силу действия соглашения о неразглашении.
Вокруг шедевра Дахинабаросса всегда полно народа разных рас, но детям на самом деле в галерее не очень интересно, поэтому мы быстро устремляемся в последний марш-бросок через скальную породу (сейчас многие дети способны на это при некоторой тренировке, но здесь такие подвиги и не требуются, поскольку в данный момент мы перешли в режим симуляции) и производим нападение на захватчиков, овладевших лунным центром управления Матрицы. Краем уха я слушаю разговор, который мне порядком надоел. Когда Гыдя произносит свою последнюю фразу, что есть лишь одна власть – власть более сильного, начинается самое интересное.
