- Это первая причина, - продолжала между тем Анаталь. - Вторая - техническая. Большим кораблям требуется пошаговое перемещение в эфире, потому что изменение частоты для всего внутреннего пространства и металлических частей потребует огромного количества энергии и напряжения для его двигателей, и если они не смогут наложить изменение частоты на весь корабль сразу и полностью, тогда то, что прибудет в пункт назначения, будет аморфной массой внешних частей корабля и его внутренностей. Небольшие корабли вроде Мойи могут совершать мгновенные прыжки, но не такие супердредноуты, как твоя "Гордость Люции".
Я снова кивнул, хотя мало что понял из этого объяснения.
- Корабли прибудут послезавтра. Подготовьте поверхностное население к их прибытию.
Я подумал о сотнях и тысячах тех несчастных эльфов, людей и гномов, которые сейчас валяются от сильнейшей головной боли после того, как были отключены излучатели башен контроля. Сколько из них потеряют свой разум навсегда?
- Ты не хочешь поговорить с ней… с ними? – спросил я королеву в конце разговора. Она сразу поняла, кого я имею в виду.
- Не думаю, что это было бы уместно, - ответила Анаталь после секундной заминки. – Она… они знают, кем были в прошлой жизни? – Я кивнул. – Никогда… никогда не напоминай им об этом больше… - Королева задохнулась от избытка эмоций. – И не вздумай никогда ее обидеть. Узнаю - накажу, даже на том свете… Прощай, элдор Стэн!
Медальон погас, я даже не успел также сказать слова прощания и лишь тупо еще несколько секунд смотрел в него. Хорошо, что я не женщина, подумал я со странным удовлетворением, их психологию я никогда не пойму. Наверное…
Кто-то тихо постучал в дверь каюты. Я улыбнулся, открывая мысленно дверь. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кто это.
- Здравствуй, это я, - сказала Эстенция.
- Здравствуй, свет моей зари, - сказал я в ответ, отправляясь прямо в ее объятия.
Жизнь продолжалась.
Часть 2. Глава 14
14
Влад
Нет, я, конечно, люблю катание на лыжах, но не до такой же степени. Помню, в детстве нам часто часто нравилось кататься по вечерам в лыжном парке, тогда мороз и снег еще не стали зимой такой редкостью, что зачастую прогулка становилась мучительной ездой по жидкой каше, в которую превращалась лыжня. И однажды Федя…
Я встряхнул головой, чтобы убрать наваждение, и едва не потерял шапочку от встречного порыва ветра. Какой еще Федя! Никакого брата и никакой семьи у меня никогда не было. Это были просто вставленные воспоминания, и я до сих пор не знал, кто это проделал со мной, а главное, зачем.
Мимо проносились деревья, кустарники, лощины, замерзшие ручьи. И конца пути не было. Что-то вело меня на север, какая-то путеводная нить, которая открылась мне первой ночью во время сна в палатке. И я боялся даже подумать о том, что могу ее потерять.
Я на секунду сбавил темп и оглянулся назад. Девушки, в своих вязаных шапочках и очках от снега, стоически мчались по лыжне, которую я прокладывал для них. Единственное, что я смог сделать для них, - наложить заклинание, которое уменьшало вес рюкзаков почти до нуля. Только не спрашивайте, откуда я его узнал. Оно просто всплыло на поверхность сознания, когда в нем возникла необходимость, и я понял, как его применить. Александр и говорил, что именно так будут возвращаться мои умения.
Внезапно волчий вой ворвался в мои мысли, и я подумал, что надо бы сменить направление, чтобы обогнуть лесную опушку, откуда доносились эти жуткие звуки. Однако Лена остановила меня и бесстрашно направила лыжи именно туда.
- Так надо, - просто сказала она, и я понял, что бояться нечего и что через нее говорит ее душа, а может, даже сверхдуша.
Возле огромной сосны какой-то молодой с виду лось отбивался от стаи волков. Отбивался успешно, парочка нападавших жалобно скулила в стороне, но и ноги самого лося были окровавлены, и было понятно, что долго он так не выдержит. Внезапно, как по команде, волки отпрянули и обратили внимание на нас. По моему телу пробежался неприятный холодок, и захотелось сбросить варежки, чтобы схватить скрытые в карманах комбинезона пистолеты и навести их на тех, кто первыми бросятся на нас. Но этого не потребовалось.
- Уходите! – громко произнесла Лена, и в этих словах было столько силы и повеления, что волки остановились и жалобно поджали хвосты. – Разве вам мало родителей этой лосихи? Вашей добычей сегодня она не станет.
Она смотрела прямо в глаза вожаку, тот склонил голову, а затем что-то прорычал остальным. И уже через несколько минут все волки, кроме одного, не способного передвигаться, убрались с опушки. Лена сняла варежки, достала из рюкзака пакет с сухарями и подъехала к лосихе, которая поначалу осторожно присматривалась к той, кто ее спас, а затем попробовала угощение.
- Хорошая девочка! – Лена погладила лосиху, отстегнула ботинки от лыж и наклонилась к раненой, осматривая ее раны.
- Все будет хорошо! – сказала она, направляя поток энергии из своих рук для заживления кровотечений.
