– К юго-западу, – чуть слышно проговорила она. – Белый мужчина в потрепанной одежде с французским романом под мышкой. Последние десять минут он следит за мной.
Краем глаза она увидела, как Рома медленно повернулся, ища взглядом того малого, о котором она говорила.
– Возможно, он считает тебя хорошенькой.
Джульетта щелкнула языком.
– По-моему, он выглядит так, будто готов меня убить.
– Разве это не одно и то же… – Рома вдруг замолчал и часто заморгал. Он наконец разглядел этого типа. – Это Белый цветок.
Удивившись, Джульетта перевела взгляд на мужчину и присмотрелась. Тот открыл свой роман, не заметив ее взгляда.
– Ты в этом… уверен? – спросила Джульетта. Она была разочарована, поскольку надеялась, что это шантажист, который наконец показался, раз Джульетта и Рома собрались ехать в Гуньшань. Конечно, это была слабая надежда – вряд ли он появился бы затем, чтобы их остановить – но это бы здорово ускорило их расследование. – Я думала, он француз.
– Да, он француз, – подтвердил Рома. – Но он работает на нас. Я видел его у нас в доме – я в этом уверен.
Мужчина вдруг посмотрел на них снова. Джульетта тут же отвела глаза, сделав вид, будто разглядывает что-то, но Рома не стал следовать ее примеру, а ответил взглядом на взгляд.
– Если он Белый цветок, – тихо проговорила она, – то почему же он и на тебя смотрит так, будто хочет тебя убить?
Рома поджал губы и, опять повернувшись, уставился на рельсы как раз тогда, когда подошел их поезд. Пассажиры заторопились к краю платформы, чтобы успеть занять хорошие места.
– Возможно, по его мнению, я еще красивее, чем ты, – непринужденно ответил Рома. – Хочешь с ним поговорить? Общими усилиями мы, вероятно, могли бы уложить его на лопатки.
Джульетта подумала и покачала головой. Зачем тратить время на Белый цветок?
Они вошли в вагон и подошли к сиденьям у окна. Вздохнув, Джульетта сняла свое пальто и положила его на столик, стоящий между ее местом и местом Ромы. Они сидели друг напротив друга и, когда она клала вещи на столик, ей казалось, будто она возводит стену между ним и собой. Сидеть лицом к лицу – это уж слишком, даже если в вагоне еще два десятка пассажиров.
– Поезд идет в Гуньшань, – сказал голос в динамике по-английски. – Добро пожаловать.
Рома уселся на сиденье, не сняв серого пальто.
– Хотел бы я знать, на каком языке он заговорит сейчас.
– На французском, – тут же ответила Джульетта, но в динамике раздался голос, говорящий на шанхайском диалекте. Ее брови взлетели вверх. – Хм. Интересно.
Рома откинулся на спинку сиденья и чуть заметно улыбнулся.
– Да уж, интересно.
Джульетта замерла – похоже, Рома забыл. Когда поезд тронулся с места, когда Рома посмотрел на пейзаж за окном, и в отражении на стекле стало видно, как его лицо напряглось, Джульетта поняла, что он опять вспомнил – вспомнил, кто она и кто такие они оба.
Поезд шел все дальше.
Путешествие из Шанхая в Гуньшань было недолгим, и пейзаж за окном быстро стал сельским – теперь они ехали мимо обшарпанных домишек и грунтовых дорог. Рядом с железнодорожными путями росла трава, притом более ровная и зеленая, чем все то, что Джульетте доводилось видеть в городе – если, конечно, не считать травы на газонах в парках, которые содержали иностранцы.
Она незаметно выдохнула и прислонилась щекой к окну. Рома сделал то же, но она решила не смотреть на него, чтобы он не подумал, будто она глазеет. Вместо этого она повернулась к другим пассажирам, которые дремали, пока пыхтел поезд.
Когда Рома нарушил молчание, ее мысли были уже настолько далеко, что она вздрогнула.
– Если предположить, что мы найдем шантажиста… – Никакой прелюдии, никакого вступления, он сразу взял быка за рога. – Полагаю, нам понадобится план действий.
Джульетта забарабанила пальцами по столу.
– Может, мы просто пристрелим его?
Рома картинно закатил глаза. Ее немного злило, что, несмотря на все происходящее, он кажется таким красивым и темные тени от ресниц ложатся на его щеки, напоминая осыпавшуюся с глаз подводку сурьмой.
– А что потом? – спросил он. – Это ничем не отличается от нашей охоты на Ларкспура. Если мы убьем шантажиста, то как нам добраться до чудовищ?
– Нет, на этот раз все не так, – возразила Джульетта. Она чувствовала, что в вагон проник холод, и на ее руках под рукавами выступила гусиная кожа.
Когда ее пробрала зябкая дрожь, Рома нахмурился, глядя в ее декольте. Она понимала, что зря надела такое платье сейчас, зимой. Но он не имеет права ее судить.
– О чем ты?
Джульетта взяла со столика свое пальто.
– Ничто не связывало Пола Декстера с коммунистами, потому что он виделся с Ци Жэнем всего один раз, а затем просто положился на его бессистемные превращения. А этот шантажист… – Она встала и надела пальто, и его ткань укрыла ее колени. – Вряд ли он находится далеко от вскормленных им чудовищ. Ведь он посылает их на дело как слуг, которые выполняют его приказы. Это требует участия. И постоянных встреч.
– По-моему, это всего лишь твоя догадка, – заметил Рома.
